Подписка на новости

* Поля, обязательные к заполнению
Нажимая на кнопку «Подписка на новости» Вы даёте свое согласие автономной некоммерческой организации «Центр развития филантропии ‘’Сопричастность’’» (127055, Москва, ул. Новослободская, 62, корпус 19) на обработку (сбор, хранение), в том числе автоматизированную, своих персональных данных в соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных». Указанные мною персональные данные предоставляются в целях полного доступа к функционалу сайта https://www.b-soc.ru и осуществления деятельности в соответствии с Уставом Центра развития филантропии «Сопричастность», а также в целях информирования о мероприятиях, программах и проектах, разрабатываемых и реализуемых некоммерческим негосударственным объединением «Бизнес и Общество» и Центром развития филантропии «Сопричастность». Персональные данные собираются, обрабатываются и хранятся до момента ликвидации АНО Центра развития филантропии «Сопричастность» либо до получения от Пользователя заявления об отзыве Согласия на обработку персональных данных. Заявление пользователя об отзыве согласия на обработку персональных данных направляется в письменном виде по адресу: info@b-soc.ru. С политикой обработки персональных данных ознакомлен.
Олег Базалеев,
руководитель департамента по социальным вопросам компании «Кресент Петролеум» (Ближний Восток), кандидат социологических наук

Лет пятнадцать назад, когда я пришёл работать в одну крупную промышленную корпорацию с западной моделью КСО, то обнаружил там удивившую меня вещь.

Руководители на разных этажах управленческой пирамиды в буквальном смысле до хрипоты спорили, как правильно называть реализуемые компанией социальные программы.

На тот момент уже несколько лет, как на Западе вошла в корпоративную моду тема устойчивого развития – так что возможные варианты названия весьма предсказуемо вертелись вокруг этих двух слов.

И вот одни требовали, чтобы эти программы на благо общество назывались «проектами устойчивого развития» (sustainable development projects). А их оппоненты говорили, что надо поменьше пафоса и что рановато гордо бить себя в грудь. Поэтому верное наименование – это не более чем «проекты, способствующие устойчивому развитию» (projects contributing to sustainable development).

Мне тогда эти споры казались оторванной от жизни схоластикой. Какая разница, как называть? Как там в поговорке: хоть горшком назови – только в печку не ставь!

Но прошли годы и теперь я отлично понимаю, откуда растут ноги у таких вот споров. И почему такие споры были бы нелишними в России 2021 года.

Это тогда, полтора-два десятка лет назад (не говоря уже о более ранних годах) продуманная система КСО была в новинку для многих компаний, а некоторые даже крупные фирмы и вовсе говорили: нам этого не надо.

Сейчас социальными программами занимаются примерно все, слова «ЦУР ООН» или ESG скоро можно будет услышать даже из утюга, а две или три независимых друг от друга конференции по устойчивому развитию в один день уже перестали удивлять.

С одной стороны, это хорошо.

С другой стороны, теперь уже на родных просторах мы видим, как это бывает, когда в единицу времени говорится слишком много красивых или велеречивых слов. Или когда каждый день появляется слишком много программ, которые, если верить пресс-релизу и замаху организаторов, должны спасти мир.

Чем это оборачивается – в принципе, уже можно различить невооружённым взглядом.

Во-первых, на наших глазах в России тема устойчивого развития превращается в «за все хорошее, против всего плохого». Скоро человек будет нести ведро с мусором до контейнера и называть это проектом устойчивого развития.

Во-вторых, простые люди, заслышав очередные красивые слова, начинают машинально отряхивать «лапшу с ушей»: мол, ну да, ну да… Вроде все спасают мир, а что меняется?

(Не стоит, к слову, забывать и про инстинктивную аллергию постсоветского человека на красивые лозунги и призывы – при том, что многие из импортированных с Запада методик по социальной ответственности изначально изъясняются слишком высокопарным для россиянина языком).

В-третьих, когда слишком громко звучат фанфары и слишком громко звенят бокалы, трудно обсуждать тенденции и структурные проблемы в развитии российского благотворительного сектора. Да и вообще кажется неуместной сама мысль, что есть какие-то проблемы.

Так что хотелось бы побольше споров и рефлексии.

Олег Базалеев, руководитель департамента по социальным вопросам компании «Кресент Петролеум»

Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: