Подписка на новости

* Поля, обязательные к заполнению
Нажимая на кнопку «Подписка на новости» Вы даёте свое согласие автономной некоммерческой организации «Центр развития филантропии ‘’Сопричастность’’» (127055, Москва, ул. Новослободская, 62, корпус 19) на обработку (сбор, хранение), в том числе автоматизированную, своих персональных данных в соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных». Указанные мною персональные данные предоставляются в целях полного доступа к функционалу сайта https://www.b-soc.ru и осуществления деятельности в соответствии с Уставом Центра развития филантропии «Сопричастность», а также в целях информирования о мероприятиях, программах и проектах, разрабатываемых и реализуемых некоммерческим негосударственным объединением «Бизнес и Общество» и Центром развития филантропии «Сопричастность». Персональные данные собираются, обрабатываются и хранятся до момента ликвидации АНО Центра развития филантропии «Сопричастность» либо до получения от Пользователя заявления об отзыве Согласия на обработку персональных данных. Заявление пользователя об отзыве согласия на обработку персональных данных направляется в письменном виде по адресу: info@b-soc.ru. С политикой обработки персональных данных ознакомлен.
Олег Базалеев,
руководитель департамента по социальным вопросам компании «Кресент Петролеум» (Ближний Восток), кандидат социологических наук

Есть распространённая история – настолько типичная, что её можно назвать классикой жанра.
Вот, допустим, в большой промышленной организации захотели сделать что-то эдакое по социальной или экологической части. Или, например, влили в штатное расписание новую ESG-кровь — и новоиспечённым сотрудникам надо сделать первый громкий шаг.

Начинают думать, с чего начать. И часто возникает соблазн начать с набега на офисную кухню.
Не с целью набить живот – не поймите превратно!

А с целью избавиться от одноразовой пластиковой посуды, извести пластиковые трубочки, внедрить раздельный сбор мусора, а бытовую химию заменить на более безвредные для природы аналоги.
Как говорят в народе: «Давайте сделаем «зелёный офис»! — именно с таких слов часто начинается переустройство места для еды.

(На самом деле «зелёный офис» — это, конечно, в разы более сложная и чётко регламентированная стандартами задача – но кому какое дело .
Избавление офисной кухни от лишнего — на первый взгляд, всё это выглядит как абсолютный quick win (быстрая победа).

Эдакий лакомый кусочек для эффективного корпората, в ДНК которого зашито умение регулярно перед глазами начальника демонстрировать результат — подобно иллюзионисту, вытаскивающему из шляпы кролика за кроликом.

Во-первых, объект приложения усилий под боком – это не пять часов на самолёте лететь, а потом ещё столько же трястись до месторождения, рудника или ГОКа на разбитой «вахтовке» да по ухабистой грунтовке. Во-вторых, в головном офисе найдётся и мощная группа поддержки этих изменений.
Но если дело происходит в большой промышленной компании, то вряд ли первые шаги ESG-специалистов должны быть именно в направлении офисной кухни.

Как и со многими вещами в ESG, погоня за сиюминутными выгодами легко оборачивается проигрышем главной битвы.

ESG-руководитель в индустриальной корпорации должен думать прежде всего о трубах, а не о трубочках. Его должны больше волновать дымящие трубы предприятий, а не одноразовые пластиковые соломинки (даже если все вокруг – включая его собственный круг общения — твердят только о вреде последних).

Заводы, комбинаты и фабрики, как ни крути, так или иначе загрязняют землю, воздух и воду, производят тонны отходов разных классов опасности. И вред от всего этого в десятки, сотни, тысячи раз выше, чем опасность притаившихся на полках шкафчиков пластмассовых вилок и тарелок.

Тратить немалую толику своего рабочего времени, чтобы разрешить одну десятитысячную часть экологических и социальных проблем – такому не станет аплодировать ни директор, ни совет директоров.
А уж активистские НКО и вовсе назовут столь странную расстановку приоритетов обидным словом «токенизм» (tokenism) – то бишь наивной попыткой получить репутационные бенефиты, прилаживая на свой костюм какие-то пустяковые значки и шильдики.

Что ещё хуже, примерно то же самое подумают про новоиспеченного ESG-менеджера его коллеги. И начальник соседнего отдела, и инженер, и рабочий лишь недоуменно пожмут плечами. Все трое могут не знать словечка «токенизм», но не обязательно знать правильные словечки, чтобы подметить некий диссонанс между громкими заявлениями и борьбой со стаканчиками.

Конечно, есть немало бизнесов, где очистка офисной кухни от пластиковой одноразовой посуды стала бы хорошей идеей и отличным первым шагом. Но если ты промышленная корпорация с десятками гектаров промплощадок, сотнями бригад и подразделений, десятками тысяч людей и миллиардными оборотами – то с тебя и спрос другой.

Тут начинать с офисной кухни – это всё равно что уподобиться героям анекдота про поручика Ржевского, где гусары не потянули финансово искупать коней в шампанском и потому решили хотя бы облить кошку пивом.

Кто-то возразит, что, мол, международная повестка врать не будет: на Западе все только и говорят про «начни с себя» и про вред упаковки и пластиковых ножей-тарелок-вилок. Но не надо забывать, что на Западе «пластиковые» вопросы стали массово подниматься только после того как (иногда через десятилетия после того как) были решены многие экологические проблемы — и дым из труб стал пожиже.

В общем, с промышленности особый спрос. Это главная причина, почему ESG-трансформацию не стоит начинать где-то между офисным холодильником и микроволновкой.
Главная причина, но не единственная.

(продолжение следует)

Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: