Подписка на новости
* Поля, обязательные к заполнению
Нажимая на кнопку «Подписка на новости» Вы даёте свое согласие автономной некоммерческой организации «Центр развития филантропии ‘’Сопричастность’’» (127055, Москва, ул. Новослободская, 62, корпус 19) на обработку (сбор, хранение), в том числе автоматизированную, своих персональных данных в соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных». Указанные мною персональные данные предоставляются в целях полного доступа к функционалу сайта https://www.b-soc.ru и осуществления деятельности в соответствии с Уставом Центра развития филантропии «Сопричастность», а также в целях информирования о мероприятиях, программах и проектах, разрабатываемых и реализуемых некоммерческим негосударственным объединением «Бизнес и Общество» и Центром развития филантропии «Сопричастность». Персональные данные собираются, обрабатываются и хранятся до момента ликвидации АНО Центра развития филантропии «Сопричастность» либо до получения от Пользователя заявления об отзыве Согласия на обработку персональных данных. Заявление пользователя об отзыве согласия на обработку персональных данных направляется в письменном виде по адресу: info@b-soc.ru. С политикой обработки персональных данных ознакомлен.
Олег Базалеев,
руководитель департамента по социальным вопросам компании «Кресент Петролеум» (Ближний Восток), кандидат социологических наук

№27 #заметки_ESG_начальника

Я уже писал (например, тут), что начало российской спецоперации на Украине стало триггером, который запустил процесс серьёзной трансформации западной ESG-повестки.

Изначально подразумевалось, что санкции и ограничения «отсекут» российский бизнес от рейтинговых агентств и денег ESG-фондов, а уход западного бизнеса из страны довершит отлучение России от международных эколого-социально-управленческих метрик.

Международная ESG быстро, что называется, по щелчку, превратилась в повестку «только для своих» — с разделением на «правильные» и «неправильные» страны. Как пишет аналитическое издание одной из американских фондовых бирж NASDAQ, происходящие сейчас события «стали звонком для социальных инвесторов, что те должны смотреть не только на сектор экономики», но и на государство. Ибо негоже «правильному» ESG-инвестору нести деньги в «страны с автократическими правительствами».

Отказав отечественным предпринимателям в возможности вести ‘business as usual’ (бизнес как обычно) и захлопнув перед ними дверь, западная ESG-повестка, судя по всему, собиралась развиваться в обычном режиме. Тем более, что ничего не предвещало.

Но всё пошло совсем не так.

Газета Financial Times констатирует, что российская спецоперация на Украине «открыла новую главу в движении ответственного инвестирования».

Так, агентство Reuters приводит данные, что вот уже второй квартал подряд инвестиционные ESG-фонды в Европе теряют капитал. Согласно свежему отчету Bank of America, на которое ссылается средство массовой информации, это кровопускание со стороны инвесторов началось в апреле 2022 года и до настоящего времени останавливаться не собирается.

Ещё в марте аналитики увидели, что интерес инвесторов к устойчивому развитию резко пошёл на убыль: входящие инвестиции в западные ESG-фонды рухнули сразу на 60 процентов, спикировав до $9.4 млрд с отметки в $24.4 млрд. месяцем ранее.

Reuters сообщает, что «вставать на крыло» и покидать ESG-фонды инвесторов заставляют слабые результаты работы этих самых фондов.

Такое случается в первый раз за прошедшие десять лет. Как замечает всё тот же Bank of America, в предыдущее десятилетие ESG-фонды всегда «выдавали на-гора» большую доходность, чем «обычные» инвестфонды.

А теперь схема поломалась. Деловые издания пишут, что причина в том, что большинство стратегий «зелёных» инвестиционных учреждений ограничивают или запрещают им вкладываться в энергетический или военно-промышленный сектор. А именно эти отрасли экономики на Западе сейчас бьют рекорды доходности, принося поверившим в них инвесторам солидный куш.

Причем началось всё ещё до российской спецоперации – нефтегазодобывающие компании ещё в самом начале года давали инвесторам завидную прибыльность.

Отток инвесторских денег из офисов, заточенных на эколого-социально-управленческую повестку, — это уже само по себе скандал.

Ответственное инвестирование как бы предполагает, что инвесторы руководствуются принципами и ценностями, а не бегают по поляне туда-сюда за длинным рублём (то бишь долларом), пытаясь «навариться» на ценовой конъюнктуре.

Тем более, что за последние лет пять был не один десяток исследований мотивации инвесторов. Люди с тугими кошельками без запинки сообщали городу и миру, что-де они вечером ложатся спать и с утра встают исключительно с ESG-повесткой в мыслях.

Например, исследование EY свидетельствовало, что 97% из 220 опрошенных во всем мире институциональных инвесторов проводили либо неформальную, либо структурированную и методичную оценку нефинансовых показателей до того, как инвестировать в компанию.

97% процентов сказавших «да» – это, если что, процент согласных, которому позавидовали бы и лидеры Северной Кореи.

И тут вдруг выходит, что инвесторы, которые ещё вчера кричали громогласное «ура!» трёхбуквенной повестке, сегодня массово перекидывают свои миллиардные капиталы в другие кубышки, где навар пожирнее.

Но едем дальше.

Столкнувшись с оттоком средств, ESG-фонды не стали сидеть сложа руки.  Как любят говорить лайф-коучи, если нельзя изменить ситуацию, то попробуй изменить своё отношение к ней.

Этим и занялись инвестбанкиры.

Сейчас деловые издания наперебой пишут, что ESG-фонды тихо начинают пересматривать своё отношение к «противоречивым» отраслям – а если конкретно, то к добыче углеводородов и производству оружия.

Например, Bank of America отчитался, что теперь покупает акции компании Rheinmetall, которая делает танки для НАТО. Сообщается, что британский военно-промышленный концерн BAE Systems и французские производители оружия из компаний Thales и Airbus вдруг стали любимчиками для инвестиционных ESG-фондов.

А в энергетике европейские ESG-фонды затовариваются «нефтегазовыми» акциями от Shell, Galp Energy, Repsol и Aker BP, от которых ещё совсем недавно воротили нос. Но выросшая прибыльность этих ценных бумаг плюс выданный инвесторам тихий карт-бланш на операции с ещё вчера «грязными» активами творят чудеса.

Да что там говорить, если даже икона мирового «зелёного финансирования», инвесткомпания BlackRock, включила заднюю передачу.

Любой, кто следил на ESG-тематикой в прошедшие годы, знает про ту роль, которую эта крупнейшая в мире инвестиционная корпорация (сейчас управляет активами более чем на $10 трлн) играла в продвижении трёхбуквенной повестки.

Три года назад американские финансисты активно обсуждали воззвание генерального директора BlackRock Лоуренса Финка к крупнейшим публичным корпорациям. В своём письме тот призвал компании не только стараться процветать за счет улучшения финансовых результатов, но и задуматься о том, какой положительный вклад они вносят в развитие общества.

На тот момент BlackRock уже создала четыре фонда облигаций, «заточенных» на проекты, учитывающие ESG-факторы. А сейчас у них в послужном списке десятки запущенных ESG-институций.

Однако сейчас даже эти пассионарные сторонники «зелёного перехода» не прочь откатить назад – по крайней мере, на время. Как цитируют СМИ сказанное инвестбанкирами из BlackRock, «необходимо краткосрочное увеличение производства ископаемого топлива, несмотря на широкую поддержку стремления к цели нулевых углеводородных выбросов».

Подразумевается, что наращивание производство нефти и газа будет подкреплено крепким инвесторским рукопожатием. Ибо этическим и «зелёным» фондам стало уже не зазорно покупать акции и ценные бумаги, связанные с «нефтянкой».

Интересна словесная эквилибристика, которая сопровождает эти не самые очевидные ESG-телодвижения.

Теперь говорят, что это очень даже хорошо, если в западный военпром и «нефтянку» текут деньги инвесторов, потому как на новые барыши можно будет изнутри ускорить «зелёную» и этическую трансформацию этих секторов экономики! Мол, подкованные по части ESG инвесторы как раз за этим и присмотрят!

В советское время вроде бы была в ходу шутливая присказка «Чем больше водки выпьет комсомолец, тем меньше водки выпьет хулиган».

В современной ESG-повестке, судя по всему, собираются провернуть что-то похожее. Уж лучше мы принесём в «плохую отрасль» денежку, чем туда проинвестируют какие-то безыдейные ребята…

Любой, не страдающий провалами в памяти, без труда вспомнит, что ещё полгода назад в ходу была совсем иная риторика. Говорили, что чем меньше денег получат нефтяники и угольщики, тем скорее всё их дело «улетит в тартарары». Так сказать, природа очистится, открывая путь для молодой поросли «зелёной энергетики».

Примерно тогда же журнал Forbes не жалел хвалебных слов для движения Fossil Fuel Divestment (отказ от инвестиций в ископаемые виды топлива). В тогдашних публикациях взахлёб рассказывалось, как всего за десять лет маргинальная на тот момент идея «отозвать социальную лицензию у добывающих ископаемое топливо» выросла в мощную инициативу, где тысячи инвесторов, западных пенсионных планов и инвестиционных фондов обязались не дать углекопам и бурильщикам астрономическую сумму в $14.5 триллиона долларов США.

Неприлично энергичные кульбиты с этическими и «зелёными» ценностями за столь короткий срок способны смутить ум неподготовленного наблюдателя — даже применительно к мирной «нефтянке».

Что уж говорить о приходе ESG-фондов в военно-промышленный комплекс.

В западных средствах массовой информации сейчас в товарных количествах можно встретить умопостроения, где утверждается, что производство оружия – это как раз квинтэссенция буквы «S» из трёхбуквенной аббревиатуры.

Мол, если делать человека мерилом всего, то, согласно «пирамиде Маслоу», потребности в безопасности будут самыми первыми. И потому рвущиеся снаряды – это вполне себе социально-ответственно.

Как экстатически восклицают в одном из таких опусов с красноречивым названием «ESG в военное время», «защищать свободные общества при помощи оружия – это очень, очень социальный критерий».

Благословлять оружие (в данном случае при помощи ESG повестки) – дело не самое новое. На Западе централизованно благословлять оружие, с которым ходили на войну с иноверцами, начали ещё с Первого Крестового похода чуть менее тысячи лет назад. И не сказать, что те крестовые походы способствовали объединению мира при помощи общей повестки (на что претендуют или претендовали ESG-метрики).

Западные СМИ, надо отдать им должное, без обиняков пишут о причинах столь быстрых метаморфоз ESG-повестки в столь сжатые сроки.

Помимо перенастройки западного ESG под нужды геополитического противостояния и новой «холодной войны», во всём видится банальная экономическая подоплёка.

Журналисты откровенно сообщают, что ESG-фонды ринулись вкладываться в ещё вчера считавшийся «грязным» бизнес, потому как там больше доходность и потому что иначе от них разбежались бы все инвесторы.

Вот, например, заголовок от Reuters: «Европейский ESG повернулся лицом к оборонной и энергетической отраслям, чтобы остановить отток средств» (European ESG turns towards defence and energy to staunch outflows).

Насчёт покупки акций оружейников буднично рассказывается, что в новой геополитической реальности военные заводы, похоже, будут работать в три смены, а страны НАТО уж точно будут тратить на армейские нужды как минимум по 2 процента собственного ВВП. И это большие деньги, которые обидно было бы проносить мимо рта ESG-инвестора.

Вот и выходит, что в последние месяцы в международных ESG-событиях было не очень много про ценности и этику, а больше про размежевание, доллары и доходность.

Учитывая, что пересборка мировых процессов идёт полным ходом, думаю, что это не последние метаморфозы, которыми нас удивит концепция ESG.

#практический_ESG_УР_КСО_для_промышленных_корпораций_в_России_и_в_мире

 Иллюстрация: Дарья Азолина

Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: