Подписка на новости
* Поля, обязательные к заполнению
Нажимая на кнопку «Подписка на новости» Вы даёте свое согласие автономной некоммерческой организации «Центр развития филантропии ‘’Сопричастность’’» (127055, Москва, ул. Новослободская, 62, корпус 19) на обработку (сбор, хранение), в том числе автоматизированную, своих персональных данных в соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных». Указанные мною персональные данные предоставляются в целях полного доступа к функционалу сайта https://www.b-soc.ru и осуществления деятельности в соответствии с Уставом Центра развития филантропии «Сопричастность», а также в целях информирования о мероприятиях, программах и проектах, разрабатываемых и реализуемых некоммерческим негосударственным объединением «Бизнес и Общество» и Центром развития филантропии «Сопричастность». Персональные данные собираются, обрабатываются и хранятся до момента ликвидации АНО Центра развития филантропии «Сопричастность» либо до получения от Пользователя заявления об отзыве Согласия на обработку персональных данных. Заявление пользователя об отзыве согласия на обработку персональных данных направляется в письменном виде по адресу: info@b-soc.ru. С политикой обработки персональных данных ознакомлен.
Олег Базалеев,
руководитель департамента по социальным вопросам компании «Кресент Петролеум» (Ближний Восток), кандидат социологических наук

№32 #заметки_ESG_начальника

Лет двадцать назад я работал в нефтегазовой компании в одном из поволжских регионов – и как-то поехал по делам в соседнюю область, благо часть наших лицензионных участков краем захватывала и тамошние земли.

Как оказалось, у нашего нефтегазодобывающего предприятия уже много лет был свой представитель в соседней региональной столице.

Эдакий фактотум, держащий руку на пульсе и изредка выполняющий различные небольшие поручения, которых всегда хватает в лицензионных делах (вроде получить такую-то справку или донести документы из точки А в точку Б).

В обычной, не в нефтегазовой ипостаси он был местный коммерсант средней руки с магазином фирменной спортивной обуви и джипом не самой крутой марки (что-то типа Suzuki).

Меня удивило, что он выглядел оглушительно overqualified для владельца спортивного магазинчика. По внешнему виду, тяжёлому взгляду, манере одеваться и повадкам это был, скорее, хрестоматийный типаж «уважаемый бизнесмен из лихих 1990-х».

Из тех, для которых бизнес-риск – это скорее направленное на тебя дуло пистолета, чем волатильность на азиатских рынках.

Я не спрашивал его о жизненном пути, но, видимо, почувствовав повисший в воздухе вопрос, он разоткровенничался.

Мы на его джипе пробирались куда-то по ухабистому асфальту улиц, когда бизнесмен указал пальцем на проплывающие за окном дома:

— Да я тут в своё время полгорода держал, — похвастался он, сжимая кулак (в котором он, видимо, и держал некогда здешние переулки). – Я был «водочным королём», все меня знали и уважали.

Точкой бифуркации для успешного алкокоммерсанта стало его решение пойти в местную политику. Спустя годы, мотивацию двинуться на покорение властных кабинетов он объяснял коротко и доходчиво: «бес попутал».

В политической гонке ему быстро объяснили, что он сел играть не в ту игру не с теми ребятами.

Сразу же всплыли грехи его молодости, так что ему, как он обтекаемо выразился, «пришлось взять паузу». Из пары оговорок стало понятно, что означенная пауза представляла скорее что-то из серии «залечь на дно, будучи объявленным в федеральный розыск», а не ритрит на випассанну в лучшие ашрамы Индостана.

Потом грехи молодости удалось замести обратно под ковёр, а Фемиду с федеральным розыском вновь ввести в состояние полудрёмы, и он вернулся из незапланированной отлучки. Однако тут обнаружилось – факт прискорбный, но ничуть не удивительный, — что у руля его водочного заводика стоят совершенно посторонние ребята и не проявляют никакого желания покидать алкогольный капитанский мостик.

Потерю короны «водочного короля» мой собеседник воспринял как некий сигнал мироздания: сев по ошибке в не свой трамвай, не стоит ехать до конечной остановки.

Потому он досрочно завершил квест «играться в политику», смирился с утратой своего главного актива — и, подобно, главным фигурантам «Сказки о рыбаке и рыбке», остался у разбитого корыта.

Разбитое корыто явилось ему в лице упомянутого магазинчика спортивной обуви и подержанного джипа.

Не такой уж плохой вариант, учитывая обстоятельства.

— Сам виноват, — философски заключил коммерсант, заруливая на парковку. – Сам зачем-то вылез из окопа – вот и отхватил ******* (звездюлей) от серьёзных пацанов.

Я вспоминаю эту историю, когда читаю про злоключения ESG во время американской предвыборной гонки.

Позавчера было в новостях, что губернатор Флориды Рон ДеСантис фактически запретил пенсионным программам штата учитывать факторы ESG в инвестиционных решениях.

ДеСантис, который считается возможным претендентом на президентские выборы 2024 года, пообещал избирателям «защитить» их от ESG, который, по его словам, угрожает их экономической свободе. Он охарактеризовал ESG как «извращение» финансового инвестирования.

Ну, что тут сказать.

ESG (как и прочие системы корпоративной ответственности перед обществом) задумывался для одной цели — двигать мир к более чистому и более справедливому будущему.

Но на каком-то этапе к нему прикрутили кнопку «зарабатывать». Так что теперь ESG на Западе – это не только и не столько фреймворк, называющий цели и ставящий задачи, но и вполне себе прибыльный инструмент, при помощи которого зарабатываются миллионы и миллиарды долларов.

И не факт, что все прыгают от этого в восторге – тем более, что порой за зарабатыванием денег про все другие цели-задачи как-то забывается.

Вот и получается, что нынешние злоключения ESG вполне можно объяснить фразой 20-летней давности: «Вылезли из окопа – вот и отхватывают звездюлей от серьёзных пацанов».

#социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций

Иллюстрация: Дарья Азолина

Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: