Подписка на новости

* Поля, обязательные к заполнению
Нажимая на кнопку «Подписка на новости» Вы даёте свое согласие автономной некоммерческой организации «Центр развития филантропии ‘’Сопричастность’’» (127055, Москва, ул. Новослободская, 62, корпус 19) на обработку (сбор, хранение), в том числе автоматизированную, своих персональных данных в соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных». Указанные мною персональные данные предоставляются в целях полного доступа к функционалу сайта https://www.b-soc.ru и осуществления деятельности в соответствии с Уставом Центра развития филантропии «Сопричастность», а также в целях информирования о мероприятиях, программах и проектах, разрабатываемых и реализуемых некоммерческим негосударственным объединением «Бизнес и Общество» и Центром развития филантропии «Сопричастность». Персональные данные собираются, обрабатываются и хранятся до момента ликвидации АНО Центра развития филантропии «Сопричастность» либо до получения от Пользователя заявления об отзыве Согласия на обработку персональных данных. Заявление пользователя об отзыве согласия на обработку персональных данных направляется в письменном виде по адресу: info@b-soc.ru. С политикой обработки персональных данных ознакомлен.
Социальные инвестиции

Современные драйверы КСО в России: кризис и метаморфозы

Бизнес и общество
Алексей Костин
исполнительный директор НП «КСО – Русский Центр», к.э.н.

Алексей Костин, исполнительный директор НП «Корпоративная социальная ответственность — Русский Центр», к.э.н.

Текущее состояние российской экономики нельзя оценить никак иначе, как кризисное. К этому кризису Россия шла все последние годы, практически не предпринимая никаких серьезных мер, чтобы его избежать. Еще в начале 2000 годов многие серьёзные научные центры и специалисты прогнозировали, во-первых, падение цен на энергоносители и, во-вторых, ставили вопросы о настоятельной необходимости серьезных институциональных реформ и структурных изменений в стране, нацеленных на развитие рыночных институтов и снижения степени монополизации и олигополизации, а также сокращения чрезмерного государственного сектора в экономике страны.

По поводу возможного драматического снижения цен на нефть мы всегда слышали один и тот же ответ (как и по другим вопросам, по изменению климата, например): «да, возможно, снижение и произойдет, но другие эксперты высказывают абсолютно противоположные оценки и дают более оптимистические прогнозы». И всегда правительство решало придерживаться в своих ожиданиях оптимистического прогноза. С оговорками, конечно, — есть стабилизационный фонд, он всегда поможет, если будут проблемы.

Проблемы наступили. Причем, без деталей, сразу в результате двух мощнейших факторов: нефть подешевела драматически, а коллективный Запад перекрыл нам кислород в виде дешевых кредитов и инвестиций, чем все последние годы активно пользовались все российские бизнес – структуры, частные и государственные. При этом яркой иллюстрацией, насколько это было выгодно, может служить банковское кредитование: привлекая западные кредиты под 6-7% годовых и даже ниже, российские банки далее их просто «перепродавали» под 11-15%, делая огромные деньги «из воздуха». Ну, а промышленные крупные предприятия, могущие предъявить необходимые гарантии, просто предпочитали брать кредиты на Западе под те же низкие проценты.

И если в период кризиса 2008 – 2009 годов правительство действительно выборочно спасало компании и банки (например, государство выделило банку «КИТ Финанс» 135 млрд рублей в 2008 году – далее он был переименован в «Абсолют Банк»), то в 2015 году не стало или не смогло спасти вторую после «Аэрофлота» по количеству самолетов и объемам перевозок компанию страны – «Трансаэро», в результате чего по многим направлениям, особенно на Дальний Восток, появился дефицит авиабилетов. Социальные последствия этого банкротства реально сказались на пассажирах.

Что сейчас происходит в экономике страны до конца непонятно: статистика, а она естественно государственная, и постоянно оптимистические заявления министров не позволяют точно оценить ситуацию, но с уверенностью можно сказать: есть и кризис с падением производства, и стагнация множества компаний – производителей. Что невозможно уже скрывать, так это огромное снижение платежеспособного спроса и сворачивание производства товаров длительного пользования, начиная с автомобилей и заканчивая холодильниками.

Как развивается КСО в России в этих непростых условиях?

Большинству представителей КСО-сообщества в нашей стране уже понятно, что КСО стало уделом «передового отряда» наших крупных компаний, которые этой работой занимаются всерьез и достаточно последовательно. Но в условиях кризиса и они вынуждены «оптимизировать» свои затраты на КСО программы и проекты. Малый и средний бизнес фактически КСО не охвачен и занимается ею в основном в части разовой благотворительности. Почему количество КСО – лидеров в России не растет? На данный момент объяснений, на наш взгляд, три. Первое, и главное, — уровень конкуренции в России в условиях монополизации и олигополизации рынков достаточно низок, и поэтому КСО не выступает еще одним дополнительным фактором конкурентной борьбы компаний, помимо качества, потребительских свойств продукции и ее цены, как это происходит в развитых странах мира. Во-вторых, международные санкции на привлечение дешевых западных финансовых ресурсов оказывают существенное влияние на российские компании, которые до введения санкций старались «выглядеть на уровне» в данной области, поскольку фактор КСО учитывался западными финансовыми организациями при выделении кредитов в Россию. Теперь же данная важная мотивация ушла на второй план. И, наконец, в-третьих, уровень государственной политики мотивации и стимулирования КСО в России как был, так и остается чрезвычайно низок.

Каковы же основные драйверы КСО в мире и в России в том числе, для ее компаний – лидеров?

1. Этические принципы ведения бизнеса становятся все более существенным фактором, влияющим на деятельность современных компаний. Это не просто список правил и ценностей, которыми руководствуются сотрудники, а хорошо продуманная и действенная система взаимной этической ответственности руководства и сотрудников. Корпоративные кодексы этики и Кодексы ведения бизнеса внедряются в ведущих компаниях мира в практическом ключе, когда для контроля их соблюдения создаются специальные Комиссии по этике, куда входят наиболее уважаемые сотрудники компаний, наименее подверженные влиянию руководства. В случае нарушения этики по отношению к сотрудникам или подрядчикам, будь то предвзятое отношение, сексуальное домогательство или неформальные отношения с субподрядчиком, рекомендации комиссии в утвержденном порядке выносятся на суд топ-менеджмента с обязательным принятием решений, сообщаемых комиссии или всем сотрудникам. То же касается системы работы с жалобами и предложениями сотрудников и внешних заявителей – рассмотрение запросов обязательно в строго установленном порядке и срокам. Этика бизнеса касается также и вопросов безопасности, экологии, карьерного продвижения и т.д.

2. Постепенно происходят изменения корпоративного лидерства. Суть изменений – прибыль становится не целью бизнеса, а средством производства товаров и оказания услуг обществу в формате устойчивого развития по принципу «триединого итога»: экономика (производство), экология и социальное развитие. Качественные, безопасные и доступные по цене и месту приобретения товары и услуги, произведенные в условиях максимальной заботы об обществе и окружающей среде – это и есть ответственность бизнеса, в том числе и его собственников. Такой концептуальный переход имеет также морально –этический характер, особенно в публичных компаниях, и в этих условиях даже все новые требования к транспарентности компаний и уровню их корпоративного управления становятся приоритетами второго уровня.

3. Третьим усиливающимся драйвером современного развития КСО в мире и в России все более явственно становится продвижение социально – экологической ответственности через цепочку поставщиков и субподрядчиков компаний. Дополнительные требования компаний к своим поставщикам уже не ограничиваются требованиями в области качества поставляемой продукции, безопасности или условий труда работников, исключающих любую дискриминацию или использование детского труда. В договора подряда социально ответственные компании уже постоянно включают дополнительные требования и по соблюдению прав человека, экологии производства, мер по снижению негативного воздействия на изменение климата, прозрачности корпоративного управления и менеджмента, раскрытия оффшорных бенефициаров, сохранения биоразнообразия и т.д. То есть таким образом, КСО ведущих компаний распространяется «вширь», охватывая все большее количество средних и малых предприятий во многих странах мира. В России данная практика также уже используется несколькими крупными компаниями, но перечень дополнительных требований обычно не выходит за рамки безопасности и экологичности. В малом и среднем бизнесе стран с активным развитием КСО процесс в данной области идет и в области повышения сознательности и ответственности собственников и высших руководителей компаний, которые безо всяких внешних воздействий переводят свои компании на рельсы устойчивого развития и повышенной социальной ответственности. Это морально – этический тренд, связанный с общей повесткой дня в странах, где в обществах происходят изменения в данном направлении.

4. Развитие нефинансовой отчетности в мире и в России стало уже устойчивой тенденцией. Она охватывает в основном крупные компании, особенно те, что котируются на мировых биржах, оперируют на глобальных рынках, действуют в различных регионах присутствия. В России, хотя уже и выпущено большое количество отчетов по КСО и устойчивому развитию, последовательно этой работой занимаются все те же примерно пятьдесят компаний – лидеров. Главные мотивы – те же мировые рынки сбыта и привлечения дешевого финансирования, а также конкурентная борьба в глобальном масштабе. Все больше стран вводят обязательную нефинансовую отчетность, в основном для крупных публичных компаний. Так, Евросоюз в 2014 году ввел обязательную отчетность для таких компаний с занятыми более 500 человек. Компании используют различные стандарты отчетности, как международные, так и национальные, и используют для этого до 1500 различных показателей. Наиболее признанным на сегодняшний день является международный стандарт Глобальной инициативы по отчетности в области устойчивого развития GRI G4. Развивается также и практика интегрированной отчетности, объединяющая финансовую и нефинансовую. В то же время в данной области действуют две разнонаправленные тенденции: унификация нефинансовой отчетности, с одной стороны, и развитие специальной отчетности для различных групп стейкхолдеров, с другой. Большинство же самых передовых компаний мира предпочитают действовать в обоих направлениях.

5. Экологические аспекты социальной ответственности бизнеса как минимум все последние 25 лет находятся в центре внимания общества и многочисленных групп экологических стейкхолдеров компаний. Для всех социально ответственных компаний мира экология производства и воздействие на окружающую среду являются безусловными приоритетами. Традиционно упор делается на экологическую эффективность, рассчитываемую по множеству показателей антропогенного (через предприятия) воздействия на среду. При этом уже утвердилось представление о том, что приемлемым для бизнеса является производство с так называемым декаплингом (de-coupling), когда с ростом производства, тем не менее, нагрузки предприятия на окружающую среду постепенно снижаются. Но в последние годы все больше компаний – лидеров КСО переходят от политик эко-эффективности к политике эко-инноваций, призванной сократить объемы потребляемых ресурсов, в первую очередь энергии, и внести кардинальные революционные изменения в сам технологический процесс.

6. Наконец, важнейшим новым драйвером развития и продвижения КСО в мире стало использование современных коммуникаций со стейкхолдерами через социальные сети. На сегодняшний день более половины компаний – лидеров КСО используют каналы социальных медиа и краудсорсинга для обсуждения своих мероприятий в области КСО и устойчивого развития с заинтересованными сторонами.   При этом менеджеры по КСО этих компаний превращают этот канал взаимодействия со стейкхолдерами в наиболее постоянный и эффективный. Общественные диалоги и слушания при разработке нефинансовых отчетов сохраняют свое значение, но социальные сети уже прочно утвердились в качестве постоянных площадок конструктивного обмена мнениями.

Последнее, что хотелось бы отметить в качестве новейших тенденций и драйверов в развитии КСО, это влияние КСО на формирование и инициацию принципиально новых масштабных проектов и программ в области устойчивого развития, альтернативной энергетики, социального развития регионов и т.д. КСО компаний становится новым фактором реализации концепции устойчивого развития на уровне городов и регионов и оказывает зачастую существенное влияние на принятие общегосударственных решений во многих странах мира. В России в этом смысле все еще впереди, хотя возможностей для такого развития предостаточно.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: