Подписка на новости

* Поля, обязательные к заполнению
Нажимая на кнопку «Подписка на новости» Вы даёте свое согласие автономной некоммерческой организации «Центр развития филантропии ‘’Сопричастность’’» (127055, Москва, ул. Новослободская, 62, корпус 19) на обработку (сбор, хранение), в том числе автоматизированную, своих персональных данных в соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных». Указанные мною персональные данные предоставляются в целях полного доступа к функционалу сайта https://www.b-soc.ru и осуществления деятельности в соответствии с Уставом Центра развития филантропии «Сопричастность», а также в целях информирования о мероприятиях, программах и проектах, разрабатываемых и реализуемых некоммерческим негосударственным объединением «Бизнес и Общество» и Центром развития филантропии «Сопричастность». Персональные данные собираются, обрабатываются и хранятся до момента ликвидации АНО Центра развития филантропии «Сопричастность» либо до получения от Пользователя заявления об отзыве Согласия на обработку персональных данных. Заявление пользователя об отзыве согласия на обработку персональных данных направляется в письменном виде по адресу: info@b-soc.ru. С политикой обработки персональных данных ознакомлен.
915
Читать: 7 мин.

КСО/ESG vs «адвокаты дьявола»: всегда ли нужны корпоративные программы?

Марат Файрушин,
директор коммуникативного агентства "ABCCOM"

В прошлом году исполнилось 50 лет с момента публикации нашумевшего эссе Милтона Фридмана «Социальная ответственность бизнеса — наращивать прибыль», в которой он поддерживает идею всей абсурдности КСО и считает руководителей компании безответственными, если они тратят деньги на благотворительность и не нацелены на основную свою цель-производить прибыль для компании.

Милтон Фридман утверждал, что идея КСО противоречит законам свободного рынка. По мнению лауреата Нобелевской премии, главная социальная ответственность бизнеса заключается в следующем:

  • увеличение прибыли,
  • отсутствие мошенничества.

Критику идей и базовых принципов в том или ином виде поддерживали многие ученые экономисты: Fernando, Mullerat, Aras, Crowhler, Horrigan, Heath.

Многие исследователи считают, что сейчас многие программы и платформы КСО не работают, хотя и признают активную деятельность корпораций в отдельных социальных программах.

В 2011 году Майкл Портер и Марк Крамер опубликовали «компромиссную статью» в журнале HBR под названием «Создавая общие ценности» в ответ на критику ряда ученых теорий КСО и попытались найти платформу для компромисса. Авторы статьи предложили сделать акцент на таких действиях компаний, которые создают «общие ценности», которые бы включали в себя экономические и социальные «ценности».

В настоящее время существуют довольно много версий определений терминов КСО и ESG. Обращу внимание и на определение Алексея Костина (моего оппонента по опубликованной статье блога), который высказал свою точку зрения на определение КСО. Господин Костин подчеркивает, что ЦУР – это своеобразный макроуровень, а ниже располагаются КСО и ESG. Здесь я бы немного перевернул эту структуру и указал, что основные понятия и цели КСО/ESG базируются на ЦУР, принятых ООН и одобренных мировыми деловыми корпорациями в том числе. Цели устойчивого развития являются платформой или методологией формирования и задают этот микро-ЦУР (в определении Алексея Костина) для политик и трендов КСО/ESG.

Теперь немного о самих терминах.

Здесь все смещалось, так как все говорят об одном и том же, но в разных вариациях. Мне близок подход Сбербанка РФ. Приведу позицию представителя банка, который активно развивает политику и стандарты ESG.

«Чем ESG отличается от КСО? Принципиальное отличие – уровень принятия решений. ESG-практики обычно принимаются советом директоров и могут влиять на стратегические, в том числе инвестиционные решения компании. В то время как деятельность КСО может осуществляться независимо от основного вектора развития организации».

По мнению, Джангира Джангирова, старшего вице-президент банка, «ESG – это некоторое логичное продолжение КСО, но всё же от КСО существенно отличается». В этом интервью, менеджер даёт более детальную расшифровку стандартов и понимания ESG, но ограничивается только таким сравнением.

Здесь вновь нельзя не согласиться с моим оппонентом Алексеем Костиным, который отметил, что КСО является целым букетом экономических, социальных и экологических мероприятий, что и подтверждает довод господина Джангирова о КСО как продолжении ESG.

Но мне представляется, что ESG это новый уровень уже корпоративной и общественной ответственности, в отличие от КСО и более широкий и заинтересованный спектр вовлеченности многих драйверов этого процесса. Это в целом и есть главное «политическое и социальное» отличие КСО от ESG.

Сейчас еще больше звучать голоса противников новых концепций ESG. Суммируя эти высказывания, можно сказать, что они считают, что корпоративные платформы EGS больше отвечают бизнес стратегиям, нежели социальным нуждам общества. Это еще раз подтвердила и директор Центра компетенций и анализа стандартов ОЭСР РАНХ и ГС Антонина Левашенко отметив, что в настоящее время и в ОЭСР достаточное критическое отношение к формату ESG.

В моем понимании: концепция «общих ценностей» имеет право на жизнь. Несправедливо отрицать определенный позитивный вклад корпораций, компаний в решение ряда социальных задач, улучшения инфраструктуры городов, участия в совместных проектах с общественностью на региональном и местном (город-село) уровнях. Есть многочисленные примеры такой активности и положительных результатов, в том числе и в России. Многие компании создали свои социально ориентированные фонды для реализации как внутрикорпоративных проектов социальной направленности, так и проектов в формате ГЧП (государственно-частного партнёрства). Однозначно, что такие инициативы корпораций как помощь и поддержка социально ориентированных компаний (НКО) в рамках решения социальных проблем, инвестиции в развитие «зелёных проектов» в области экологии, повышение финансовой и предпринимательской грамотности среди населения, акцент на поддержку инновационных медицинских технологий в решение проблем в здравоохранении находятся в рамках концепции ESG и помогают обществу в развитии, устойчивости  и формируют основы для модернизации. Но часть критиков ESG считают, что это «стрельба по воробьям» в рамках PR стратегии компаний, которая также направлена на получение прибыли.

Здесь очень важно иметь «адвокатов дьявола» как в совета директоров компании, так и среди работников предприятия, которые должны задавать вопросы о целесообразности того или иного проекта, его значимости и результатах в долгосрочной перспективе. Проекты в области КСО/ESG должны не «спускаться» сверху вниз, а предоставлять возможность самому трудовому коллективу обсуждать целесообразность того или иного проекта. Слушать возможные альтернативные проекты в рамках КСО/ESG от сотрудников компании.  Возможно, некоторые «красивые» проекты не следуют финансировать и запускать в реализацию. В нашем понимании, возвращаясь к базовым историческим базовым ценностям, на которых была выстроена система КСО – трудовые отношения и справедливая оценка труда работников, – необходимо первостепенное значение и внимание уделять работникам самого предприятия – участника формата и системы ESG.

«Адвокаты дьявола» должны задавать простые вопросы:

1) насколько мы имеем возможность помогать другим, если наша компания не обеспечила еще достойный образ жизни для своих сотрудников;

2) насколько заработная плата сотрудников сможет стать достаточным резервом для жизни на пенсии;

3) есть ли корпоративная пенсионная программа для сотрудников;

4) имеют ли сотрудники гарантии дорогостоящего медицинского обслуживания, в случае профессионального заболевания.

Таких вопросов «адвокаты дьявола» могут задать множество.

И пока чётких ответов на такие незамысловатые вопросы не будет – можно считать программы в формате ESG как программы PR стратегии, а вовсе не направлены на устойчивое развитие общества.

Как пример таких корпоративных программ в интересах сотрудников компании можно назвать корпоративные пенсионные программы, которые достаточно широко используются корпорациями за рубежом, но и у нас есть хорошие примеры таких программ в Российских компаниях. Например, в РЖД или в Сбербанке.

Можно обратиться к корпоративным программам компаний Colgate, Apple, Google.

Корпорации Colgate-Palmolive добавляет от 50% до 70% от внесенного вклада к внесенной работниками суммы в эту программу. Работники могут отчислять до 15% своего ежемесячного дохода на сберегательный счет. Привлекательные условия предлагают Google и Apple. Эти компании перечисляют все 100% от суммы вклада работника. Работник может начать участвовать в этой программе с первого дня работы. Такие программы могут помочь сотрудникам после ухода на пенсию вести привычный образ жизни и не нуждаться во время своего пенсионного периода жизни. Модели корпоративных пенсионных программ могут отличаться в зависимости от компании и ее политики в области поддержки своих сотрудников и формату КСО, но такие программы являются реальным свидетельством заинтересованности компании в сохранение своего персонала и неравнодушия к тем, кто будет уходить на пенсию. Есть примеры и других компаний и их поддержке своих сотрудников, которые вышли на пенсию. Air Canada предоставляет хорошие скидки на авиабилеты компании и позволяют путешествовать своим пенсионерам без ощутимых затрат на билеты.

Это тоже отражается на лояльности сотрудников компании. Как пример такого формата (матрица) КПП можно посмотреть по ссылке.

Перефразируя одно знаменитое высказывание можно сказать так: «Перед спасением мира – прежде спасите своих работников», потому что программы так и называются «корпоративной социальной ответственности».

Достаточно сложно найти в опубликованных источниках примеры нарушения бизнес-этики или трудовых прав корпорациями в отношении своих сотрудников. В подавляющем варианте случаев такие нарушения защищаются так называемом соглашением NDA (о неразглашении сведений) компаниями, которые совершили нарушения в отношение своих сотрудников, уладили возможные разногласия за счет компенсаций или иными способами добились мирного урегулирования конфликта. Такие факты редко становятся достоянием гласности. В годовых отчетах КСО или ESG в основном читатель находит достижения и позитивные результаты деятельности в этих областях. Некоторые сведения о нарушениях в отношении отдельных сотрудников можно найти на сайтах, где публикуются отзывы сотрудников о работодателях. Очевидно, что многие такие сайты полны негативных отзывов от самих нерадивых или неисполнительных сотрудников, но часть из них имеет вполне реалистичную подоплеку и заслуживает внимания. Особенно обратимся к известному сайту www.banki.ru. Ценность этого сайта в том, что мы видим реакцию на отзывы сотрудников со стороны служб банков.

(продолжение следует)

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: