Подписка на новости
* Поля, обязательные к заполнению
Межсекторное партнерство
Развитие территорий
Социальная ответственность
Устойчивое развитие

«Каждый из нас в ответе за ЦУР»

Людмила Полонская для "Бизнес и Общество"

В 2015 году ООН приняла повестку дня в области устойчивого развития до 2030 года. Программа состоит из 17 целей, направленных на ликвидацию нищеты, сохранение ресурсов планеты и обеспечение благополучия. Каждая цель содержит ряд показателей, которые должны быть достигнуты в течение 15 лет. Для чего была принята такая программа? Что она даст российскому государству, бизнесу, людям? Какие усилия нужно предпринять нашей стране, чтобы достичь этих целей? На эти и другие вопросы отвечает эксперт, программный директор проектного офиса “Стратегии и практики устойчивого развития”преподаватель программ МВА и корпоративных программ ММВШБ МИРБИС Светлана Герасимова.

– Светлана, почему именно три года назад возникла необходимость в разработке концепции устойчивого развития? Что-то же заставило людей XXI века думать о будущем всей планеты! Ясно одно: мир уже не может жить по-старому…

– Устойчивое, или гармоничное, сбалансированное развитие – это процесс экономических и социальных изменений, при котором эксплуатация природных ресурсов, направление инвестиций, ориентация научно-технического прогресса, развитие личности и институциональные изменения согласованы друг с другом и укрепляют нынешний и будущий потенциал для удовлетворения потребностей и устремлений человека.  То есть мы удовлетворяем свои потребности, не ставя под сомнение развитие последующих поколений. Многие это определение называют романтическим и даже  поэтическим, но это определение появилось в прошлом веке и используется до сих пор.

Подход «высосать все необходимое для извлечения прибыли, а потом хоть трава не расти» – больше не работает. Президент Владимир Путин недавно выступил с критикой либеральной концепции, сказав, что она устарела, и эта критика вызвала много споров и возмутила тех, кто стоит на позиции классического либерализма с жестким индивидуалистическим уклоном и исключительно рыночным регулированием всех сфер общественной жизни. Общественная парадигма меняется – мир отходит от старой концепции, встает на рельсы устойчивого, и гармоничного развития с пониманием самоценности природы, важности экологии, чистых технологий, повышения качества жизни людей и развития осознанности. И поиск сбалансированных с точки зрения экономики-экологии-социума решений активно ведётся государствами, бизнесом, наукой, экспертами, НКО, многими людьми.

Компании давно начали осознавать, что во всем мире изменяется среда для ведения бизнеса. Вот пример. Глобализация сельского хозяйства затрагивает огромное количество социальных вопросов, например, проблема обнищания фермеров. Огромная корпорация внедряется в сельские районы, а местные фермеры, производящие продукцию для косметической, пищевой, легкой промышленности, слишком слабы, чтобы с ней конкурировать. Если эта корпорация некорректно ведет себя на рынке, то ясно, что фермеры разорятся, им невыгодно по копеечным ценам растить хлопок или лаванду. Интерес компании – чтобы все ее поставщики, даже самые мелкие, работали в адекватных условиях и получали нормальную зарплату, тогда они добросовестно будут поставлять сырье и им незачем будет переезжать в город, менять свой образ и вообще отказываться от сельскохозяйственного труда.

Баланс экономических, экологических, социальных факторов в цепочках поставщиков имеет высокое значение, и компании активно работают в направлении качества жизни людей в регионах их интереса. И так в любом вопросе. Многие ученые считают, что изменение климата – это не антропогенный фактор, что одно извержение вулкана дает выброс CO2 в атмосферу больше, чем все человечество за все время своего существования. Но мы не можем игнорировать эти изменения, по каким бы причинам они ни происходили. Неосознанное, бесконтрольное материальное потребление ведет к замусориванию планеты, оскудению почвы, исчезновению лесов, высыханию водных акваторий… Общество потребления, кризис перепроизводства, изменение климата затрагивают практически все бизнес-модели, от производства продуктов питания, климатотехники, до хранения ядерных отходов. Все эти изменения среды в конечном счете влияют на любой бизнес. Вопросы влияния на общественное развитие, на окружающую среду, обеспечения устойчивости развития всей цепочки производства, применения наилучших доступных технологий, прозрачность во взаимодействии с заинтересованными сторонами приобретают особое значение для построения успешной долгосрочной стратегии развития бизнеса.

– Почему цели устойчивого развития (ЦУР), сформулированные ООН, сегодня так важны для российского общества?

– В последнее время мы слышим мнения, что ЦУР – это некая чуждая нам концепция, что кто-то ее разработал и нам спустил откуда-то сверху, чтобы мы ее выполняли. Но это не так. В 2015 году такой подход был поддержан странами ООН, в том числе и Россией, которая активно участвовала в разработке ЦУР! А в этом году случился настоящий информационный прорыв по этой теме, можно отметить значительное увеличение интереса к проблематике устойчивого развития. ПМЭФ-2019 прошёл с фокусом на теме устойчивого развития, но да, стало очевидно, что международные и российские спикеры несколько по-разному используют терминологию «устойчивости», пока такой этап – определяемся с понятиями и походами, чаще видим затраты и риски, чем возможности для инноваций и перспективы развития. В этом 2019 году прошел первый Национальный форум по устойчивому развитию, подготовленный газетой «Ведомости» в партнёрстве с ГД ООН, на котором была попытка обобщить, проанализировать и увидеть наиболее прогрессивные подходы в работе с проблематикой устойчивого развития в стране.

Выступая на форуме, заместитель министра иностранных дел Сергей Вершинин отметил, что, несмотря ни на какие санкции, мы будем продвигаться к ЦУР как любая цивилизованная страна. Кстати, наше Министерство иностранных дел немало потрудилось для того, чтобы эти цели были приняты ООН именно в сегодняшнем варианте. Это труд большой группы дипломатов, учёных, экономистов и экспертов на многих международных площадках, участия в международных исследованиях и проектах. Россия в апреле 2020 года будет сдавать свой первый отчет по достижению ЦУР, и сейчас уже идёт анализ того, что страна сделала в направлении этих целей, подключены ключевые министерства, аналитический центр при Правительстве РФ обобщает статистику. Конечно, у нас, даже в сравнении с рядом стран СНГ, БРИКС, ещё не определены подходы, нет стратегии устойчивого развития страны, не обозначены наши национальные приоритеты и еще не сформирована адекватная управленческая инфраструктура, но ничего чуждого в самих Целях нет – никто не запрещает выбирать наиболее существенные для России направления, расставлять свои акценты, предлагать программы и даже прорабатывать индикаторы. Внятную позицию государства по устойчивому развитию, основанную на актуальных подходах и современных воззрениях, хотелось бы иметь. Более того, если на эти цели посмотреть с точки зрения бизнеса, то многие российские компании уже выглядят более выигрышно, чем многие западные компании, для которых строить города, больницы, школы, заниматься местными сообществами свойственно далеко не всегда.

– В чем же их преимущества?

– Еще наши первые предприниматели, российские купцы, собирали вокруг себя босоногих необразованных крестьян и не только создавали для них рабочие места, но и лечили, учили их детей, призревали их стариков, строили инфраструктуру, театры и музеи. Этот «патерналистский подход» был основой и для советских предприятий, где производство, экономика и социальная сфера всегда рассматривались в единстве: существовали профильные вузы, училища, Дворцы культуры, спорта … В 90-е годы вся эта огромная инфраструктура стала балластом, и теперь предприятия испытывают, например, кадровый дефицит, потому что система подготовки специалистов разрушена. И вот уже многое сейчас обновляется и восстанавливается на принципах интеграции для обеспечения устойчивого развития и своевременной подготовки кадров нужной квалификации. Например, группа ЧТПЗ на Первоуральском заводе сейчас развивает свою программу подготовки высококвалифицированных работников «Кадры для белой металлургии», обеспечивая подготовку кадров, включающей школы-ссузы-вузы-предприятия. И такие программы развивают многие промышленные компании, понимающие, что эта работа гарантия устойчивого развития бизнеса.

Многие российские компании успешно и охотно развивают программы КСО, направленные на собственный персонал, партнёров, развитие регионов и территорий присутствия – в этом есть и дань традиции, и разумный сбалансированный подход, и вклад компании в развитие общества и повышение качества жизни, и, конечно, бизнес-логика. У бизнеса значительные экономические, производственные задачи, решать все социальные проблемы он не может; но для обеспечения устойчивой модели развития целесообразно заниматься существенными социально-экологическими вопросами в зоне своих интересов. ЦУР поднимают планку ещё выше – какой вклад, какое значение бизнес вносит в развитие, что он меняет к лучшему, как контролирует риски и негативное воздействие на общество и окружающую среду. Такой интегрированный подход к бизнес-деятельности всё более востребован и ориентирован на создание долгосрочной конкурентно-способной модели развития. И чем более «продвинут» менеджмент, тем лучше он осознаёт подобные взаимосвязи и перспективы развития.  И, конечно, для достижения ЦУР необходимы совместные усилия бизнеса, власти, общества, СМИ, науки и граждан.

– Несколько лет назад видела фильм «Реальная цена моды», где показаны горы выброшенной одежды на свалках, условия жизни и труда людей, работающих на гигантских фабриках масс-маркета, взрыв на одной из таких фабрик в Бангладеш, повлекших большое число жертв… В итоге многие люди умерили свои аппетиты в шоппинге – так их потряс этот фильм.

– Да, художественными средствами, креативными инструментами идеи устойчивого развития можно доносить до многих людей, и это часто влияет на изменение установок, поведение конкретного человека. А это значит, что люди уже начинают мыслить в направлениях осознанной, рециклинговой экономики. Если вы произвели продукт и его можно переработать, то нет нужды потреблять новые не возобновляемые ресурсы. Эти проблемы человечество стало наконец осознавать, понимание необходимости смены ориентиров общества потребления часто демонстрируется очень наглядно и как минимум заставляет задуматься.

Разработки в направлении баланса и гармонизации экономической прибыли и развития общества возникают внутри самой капиталистической системы. Не случайно, что «Концепция разделяемых ценностей» CSV, по которой работают многие западные компании, например, Nestle, Danone, Unilever и др., появилась в Гарвардской школе бизнеса (авторы – проф. Майкл Портер и проф.Марк Крамер) с целью сбалансировать долгосрочные конкурентоспособные стратегии компаний и социальные и экологические цели развития общества. Интегрируя такие подходы в стратегические ориентиры и в задачи для управленцев, ориентируясь на новые технологии и инновации в области устойчивого развития, циклической экономики, даже подходов well-being и развития осознанности своего собственного персонала и клиентов, компании ищут свой концептуальный подход к обеспечению устойчивого развития бизнеса, укреплению репутации, социальной обвязке своих проектов и снижению рисков развития. И бизнес может очень много сделать для достижения Целей устойчивого развития, ведь у него есть не только средства, но и организационные ресурсы, умение управлять персоналом, оптимизировать и цифровизировать процессы, логистику, маркетинг, создавать и развивать инновации и многое другое. Вопрос в том,  влияют ли люди на бренды и разворачивают их в сторону устойчивого развития, или это бренды влияют на людей, становясь трендсеттерами – дискуссионный.

– Значит ли это, что бизнес являлся главной движущей силой в достижении ЦУР?

– Не только бизнес, но и государства, и некоммерческие организации, научные и академические институты, предполагается межсекторный подход. В 2000 году ООН были предложены Цели развития тысячелетия, ориентированные на помощь развивающимся странам, рассчитанные до 2015 года. Считается, что они не были полностью достигнуты, но жизнь более чем миллиарда людей изменилась в лучшую сторону, с точки зрения ряда конкретных проблем, например, решения эпидемиологической ситуации, обеспечения доступа к чистой воде в обезвоженных районах, снижения детской смертности и др. Такой поход, позволяющий фокусировать и интегрировать усилия международных организаций, доноров, компаний, НКО, СМИ, был признан действенным. На основе опроса заинтересованных сторон – людей из разных стран, представителей коммерческого и некоммерческого секторов, экспертов и многих других – был подготовлен и доклад «Какое будущее мы хотим», представленный на международном форуме в Рио-де-Жанейро (2012, РИО+20), где вместе собрались НКО, которые хорошо знают проблемы общества; корпоративный сектор, имеющий ресурсы и организационные возможности; и правительственные делегации разных стран. Кстати, российский бизнес там представлял исполнительный директор компании «Сахалин Энерджи» с системными практиками в области корпоративной ответственности в отношении коренных малочисленных народов. Корпоративный форум в Рио рассматривал конкретные направления деятельности бизнеса по таким вопросам устойчивого развития – энергетика и климат, водные ресурсы и экосистемы, сельское хозяйство и устранение голода, урбанизация и рост городов, социальное развитие, образование в интересах устойчивого развития, экономика и финансы устойчивого развития – для многих бизнесов эти направления существенны и непосредственно связаны с бизнес-моделью.

Созданная из экспертов разных стран и секторов рабочая группа представила рекомендации для определения 17 целей в области устойчивого развития и в августе 2015 года 193 государства — члена Организации Объединенных Наций приняли итоговый документ «Преобразование нашего мира: Повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года».

В сентябре 2015 года мировые лидеры одобрили Повестку дня в области развития до 2030 года и обещали «избавить человечество от нищеты и «исцелить» планету. Таким образом эта большая межсекторная работа привела к появлению знаменитой инфографичной картинки 17 Целей устойчивого развития ООН, признанной верхнеуровневой рамкой-ориентиром развития для всех секторов. Инновации, творчество, собственные разработки на пути достижения Целей приветствуются. В частности, национальные сети Глобального Договора ООН, работающие именно с бизнес-компаниями, всячески содействуют обобщению и распространению лучшего корпоративного опыта, как в стране, так и на международном уровне. А общая задача  – консолидировать все сектора: государство, бизнес, научные круги, гражданских лидеров и НКО. Вплоть до каждого отдельного человека.

– Как отдельный человек может участвовать в столь глобальном проекте? Что от него зависит?

– Многое! Например, цели экологического уровня, такие, как цель №12 – ответственное потребление и производство. Раздельный сбор мусора зависит от каждого из нас, и отношение к мусору можно тоже поменять, если понять, что бытовые отходы – это ценный ресурс для рециклингового производства и возможность сохранять невосполнимые ресурсы планеты. Например, оператор по переработке мусора в ряде районов столицы компания «Эколайн» сейчас крайне заинтересована в поддержке жителей города по поляризации раздельного сбора того, что можно перерабатывать – пластик, стекло, упаковка Tetra Pak, металл, бумага – компания поставит контейнер для раздельного мусора, обеспечит логистику и переработку, дальше дело за каждым – разделять свой мусор всего на 2 части: то что можно, и то, что нельзя переработать. Сейчас в повторный оборот идёт только 10-15%, а потенциал переработки оценивается до 85-90%! И всего то нужно только развитое экологического сознание жителей и набор нехитрых бытовых действий. А иначе системно и экологично решить проблему мусора невозможно. Люди также организуют небольшие, но очень знаковые проекты, ровно в модели устойчивого развития, например, социально-предпринимательский проект  «Ecopad» с повторным использованием остатков полиграфии или проект по сбору пластиковых крышек для благотворительного проекта «Добрая крышечка», в котором активно участвуют даже дети.  Кстати, есть даже мнение, что скоро весь бизнес станет социальным предпринимательством, потому что без социального эффекта будет невозможно вести дело. И каждый человек может применять принципы ответственного потребления в своей жизни, поучиться этому подходу можно в российском проекте ЭКА и на онлайн-программе «Теперь так», где всё очень доступно представлено и можно попробовать применять принципы устойчивого развития в своей каждодневной жизни.

– Правильно ли я поняла, что ЦУР – это некая сигнальная лента, ограничивающая желание бизнеса получать только выгоду, бездумно тратить природные и человеческие ресурсы?

– Это зависит от того, на какой стадии понимания находится бизнес и его управленцы. Есть компании, которые считают, что их ответственность – только налоги и зарплата сотрудников. Другим важно развивать социальные программы, КСО. Третьим  – взаимодействовать со стейкхолдерами и управлять этими рисками. А кто-то уже мыслит свой бизнес в парадигме «экология-экономика-социум». А кто-то сам задаёт новые тренды, становится драйвером роста новых рынков, новых предпринимательских подходов на своём рынке. В ряде стран, считающихся лидерами в области устойчивого развития, например, в Швеции, проект на этапе защиты в бизнес-школе должен доказать своё соответствие принципам устойчивого развития, определить своё негативное и/или позитивное влияние на общество и окружающую среду. То есть, это управленческий приоритет – искать и реализовывать этот баланс в своём бизнесе. А это, как вы понимаете, связано с формированием парадигмы мышления, с ценностями и приоритетами конкретных управленцев и собственников. И это задаёт тренды и открывает новые возможности для самого бизнеса. Но это уже тонкие настройки, и мы туда идём, и пока видим отдельные примеры. Так что, для кого-то это сигнальная лента, для кого-то ответственность, а для кого-то стимул к развитию. Вот только хватит ли у нас времени и можно ли хоть немного форсировать эти процессы?

– Что может грозить стране, которая не достигла ЦУР? Может ли она подвергнуться санкциям?

– Нет, санкций, конечно, не будет. Просто эти цели обращают внимание человечества на то, какие серьезные вызовы стоят перед ним. Государственные чиновники только знакомятся с концепцией, и мы рассчитываем, что вскоре начнется этап конкретных действий. Все страны разрабатывают свой национальный подход в отношении этих целей. Интересен, например, подход Белоруссии, Казахстана, Китая – акценты, приоритеты и драйверы этого процесса разные, но позиция государства в области устойчивого развития обозначена. У нас пока нет. ЦУР – это верхнеуровневая рамка, один из возможных подходов к устойчивому развитию, нужно и определение собственных приоритетов, и создание дорожной карты по их достижению, и уполномоченные управленцы с достаточной степенью влияния для формирования инфраструктуры устойчивого развития в стране.

Программа ЦУР рассчитана до 2030 года, конечно, стоит постараться минимизировать негативные последствия и усилить позитивные. Стремление к достижению ЦУР – это возможность повлиять на эти процессы. Мы не раз видели: если наши менеджеры начинают искать новые решения в этой системе координат, то они их находят, причем решения интереснейшие. Недавно мы познакомились с опытом российского подразделения Nestle. Например, программа Nestle по качеству питания родилась именно в России, и сейчас ее продвигают на международном уровне. Или опыт компании ОМК по проведению международного фестиваля «Арт-Овраг» в регионе присутствия, преображающий город и его жителей. Компании «Северсталь» по созданию Агентства городского развития. И опыт многих других уникальных решений, снижающих или полностью снимающих остроту социальной и экологической проблемы. В общем, приоритеты и творческий подход. Ну и, конечно, анализ жизненного цикла – рассмотрение всей цепочки от сырьевых ресурсов до утилизации продукции – на что оказывается положительное влияние? где влияние негативное? Допустим, компания создает рабочие места, а с экологией дело обстоит хуже. Значит, надо принять меры для снижения отрицательных последствий. У каждой компании будет свой набор инициатив, практик и решений с учётом конкретной бизнес-модели. Компании выбирают свои приоритетные цели, хотя анализируют себя по всем ЦУР, но не всегда реально решить все задачи. Для кого-то будет значима одна цель, чаще 5-6 целей, знаем компании, которые отметили своё влияние на 13 целей – вопрос масштабов, приоритетов и актуального этапа развития. Например, для лесопромышленной компании всегда будет в приоритете тема сохранения суши, лесов, а для НКО или благотворительного фонда – тема партнерства, качества жизни благополучателей. Для образовательного учреждения всегда будет важна 4-я цель – качество образования. Сначала определение и ранжирование целей, затем интеграция в деятельность, анализ и отчётность. Компании определяют свои приоритеты и индикаторы достижения ЦУР до 2030 года и каждый год анализируют, что удалось сделать за этот период.

– По каким критериям оценивается участие в программе отдельной компании и страны в целом?

– Стремление к достижению ЦУР – это прежде всего вклад в решение глобальных проблем, это во многом репутация страны, общественная оценка и контроль, оценка Высшего политического форума по устойчивому развитию ООН, мониторинг социального, экономического советов и Генеральной Ассамблеи ООН. Стратегии, планы, программы страны вырабатывают сами, это позволяет эффективно использовать средства и ресурсы, находить технологические решения, расставлять приоритеты. Поощрением и мотивацией здесь могут быть только окружающая среда и повышение качества жизни людей, а также новые решения и ценностные ориентиры. Мы хотим жить в современном мире, дружественном и предоставляющем возможности для развития людей. Нельзя фокусироваться только на одном из векторов развития, нужен комплексный интегрированный подход, который как раз и обеспечивает устойчивость и становится уже правилами для цивилизованного современного мира и бизнеса. Ведь никто не хочет иметь дело с «токсичным» бизнесом, страной, не развивающей свой собственный потенциал?! По большому счёту всё, что вредит обществу и экологии, не является устойчивыми моделями развития и рано или поздно прекратит своё существование.

Когда ориентация на цели устойчивого развития становится нормой ведения бизнеса и развития государства, меняется и подход к эффективности. Раньше о «крутости» страны судили только по ВВП. Но сейчас ученые говорят, что ВВП – не единственный критерий. Важно еще и включение государства в международное распределение, и наличие знаниевых активов, и благополучие его жителей, качество жизни, уровень здоровья, образования, и даже индекс счастья. То есть не только экономические, но и социальные, экологические показатели, и они могут непосредственно влиять в том числе на перспективы развития и финансовую устойчивость.

– Есть мнение, что резкие изменения в общепланетарном масштабе спровоцировало поколение миллениалов, которое сегодня встает у руля управления всеми сферами жизни. Что же появилось раньше – миллениалы или важность вопросов устойчивого развития?

– Некоторые работодатели в недоумении: что это за молодежь, почему они не хотят работать в офисе и стремятся к фрилансу, «порхают» как бабочки, по всему миру, и их невозможно замотивировать ни карьерным ростом, ни заработной платой? Многие продвинутые компании уже серьёзно изменили свои кадровые стратегии: молодые люди сегодня ориентируются на другие ценности. И вопросы экологии, социальной ответственности, свободы в разных проявлениях имеют немаловажное значение. Большинство из них не принимает идею потребительства, владения квартирами и машинами, более открыто к разнообразию и различиям людей, не приемлет авторитарные подходы, односторонние коммуникации и жёсткие иерархии. Для них важны совсем другие ориентиры: шеринг, ответственное потребление, разделение отходов, благотворительность, волонтерство. Некоторые отмечают, что это самое социально ответственное поколение. И они уже меняют корпоративный мир. Все атрибуты прежнего «величия» подвергаются сомнению – меняется стиль офисной одежды, организация и дизайн пространства, полезность и функциональность использования вещей. Те компании, кто это поняли, организуют Agile-офисы, отменяют дресс-коды, учитывают индивидуальные потребности и предпочтения в организации труда, перемещения и графика работы. И да, для них в том числе важна созидательная роль компании, её социальное значение, «зеленые» технологии, разделение мусора и опасных отходов, энергоэффективность и т.п.

– Возможно, так сформулирован их протест против общества потребления. Планета дошла до гибельной черты, и они сделали ее спасение своим брендом. Новое поколение всегда желает жить не так, как их родители…

– Возможно, но главное, тренды экологичности, разделяемой экономики, рециклинга затрагивают образ мышления, жизненных ценностей и смыслов. Забавно, как некоторые родители подростков и юношей рассказывают, как дети их воспитывают и приучают к экологичным подходам. Образовательные программы по КСО, устойчивому развитию, ответственному потреблению, экологическому мышлению появляются в вузах, школах и онлайн. Они даже воспитывают своих родителей в экологических стандартах, учат их разделять отходы! Тема устойчивого развития проникает и в образование, например, появился курс КСО. Вскоре мы получим в корпоративном мире первое поколение подготовленных ответственных менеджеров, которое слушало на бакалавриате курс КСО в обязательном блоке дисциплин и изучало лучшие практики и подходы к устойчивости проектов в бизнес-школах, посещало специальные мероприятия и участвовало в ЭкоФестах – и начнётся совсем другая история корпоративного и государственного развития. Хочется верить. Так что, если это такой поколенческий протест и гармонизация приоритетов – то устойчивое развитие вполне может стать парадигмой для бизнеса, общества, государства, и судьба планеты окажется в достойных руках.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: