Подписка на новости

* Поля, обязательные к заполнению
Нажимая на кнопку «Подписка на новости» Вы даёте свое согласие автономной некоммерческой организации «Центр развития филантропии ‘’Сопричастность’’» (127055, Москва, ул. Новослободская, 62, корпус 19) на обработку (сбор, хранение), в том числе автоматизированную, своих персональных данных в соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных». Указанные мною персональные данные предоставляются в целях полного доступа к функционалу сайта https://www.b-soc.ru и осуществления деятельности в соответствии с Уставом Центра развития филантропии «Сопричастность», а также в целях информирования о мероприятиях, программах и проектах, разрабатываемых и реализуемых некоммерческим негосударственным объединением «Бизнес и Общество» и Центром развития филантропии «Сопричастность». Персональные данные собираются, обрабатываются и хранятся до момента ликвидации АНО Центра развития филантропии «Сопричастность» либо до получения от Пользователя заявления об отзыве Согласия на обработку персональных данных. Заявление пользователя об отзыве согласия на обработку персональных данных направляется в письменном виде по адресу: info@b-soc.ru. С политикой обработки персональных данных ознакомлен.
Экономика
Социальные инвестиции
Экология
570
Читать: 10 мин.

ESG как дышло – куда повернёшь, то и вышло?

Олег Базалеев,
руководитель департамента по социальным вопросам компании «Кресент Петролеум» (Ближний Восток), кандидат социологических наук

Стремительный забег к ESG среди родных берёз – пожалуй, в последние месяцы это становится популярной национальной забавой наряду с поеданием блинов на масленицу или криком «Таги-и-ил» в бассейне турецкого отеля.

Во время этого рывка к новым показателям возникают интересные дилеммы, которые могут похоронить саму концепцию ESG в ворохе спорных и вызывающих вопросы решений.

Расскажу про, как мне представляется, один из подобных случаев.

В начале года прозвучала новость, что один из довольно известных российских банков привлёк ESG-кредит на несколько сотен миллионов долларов. И, как сообщалось, часть средств банк направит на финансирование портфеля по своим картам рассрочки, которые «имеют социальный статус проекта, соответствующего целям в области устойчивого развития ООН».

Зарабатывать, давая деньги в долг, как проект, соответствующий целям в области устойчивого развития ООН?

А что, так можно было? – спросите вы.

И ваше удивление будет понятно.

Даже чисто на бытовом уровне все знают: закредитованность людей, особенно малообеспеченных слоев общества, давно стала в России социальной проблемой. Есть целые города и посёлки, где все сидят «на кредитах», а потеря работы сбрасывает людей на социальное дно.

Говоря о висящем над россиянами долговом бремени, не стесняются в выборе слов даже высокопоставленные чиновники, обычно не склонные к ярким выражениям. Два года назад, ещё до всяких пандемий тогдашний министр экономического развития Максим Орешкин утверждал, что проблема в экономике России из-за закредитованности населения «в любом случае взорвется».

Эпидемия сделала всё только хуже. В мае Центробанк сообщил, что закредитованность россиян достигла максимума за всю историю – и ведомство видит в этом социальные риски.А в начале октября на лентах информационных агентств стали появляться новости с заголовками «Россиянам ограничат кредиты». Суть в том, что, президент Владимир Путин велел сделать так, чтобы Центробанк мог устанавливать количественные ограничения на объемы потребительских кредитов, предоставляемых банками и микрофинансовыми организациями. В стране, где любая мысль что-то «ограничить» традиционно воспринимается болезненно, именно эта новость не вызвала никакого ажиотаж: все понимают, что так надо.

Не будет преувеличением сказать, что в России все (вообще все) видят огромные риски в долговом бремени для тех, у кого нет стабильного и существенного дохода. Эта точка консенсуса политических партий любой окраски, обеих палат парламента, президента, правительства, Центробанка, местных и региональных властей – и общественного мнения.

А тут на тебе! Оказывается, карта рассрочки – это проект, соответствующий целям в области устойчивого развития ООН. Выглядит как призыв всем и каждому: вперёд, больше кредитов для малообеспеченных россиян!

Кто-то пожмёт плечами: ну, наверно, погорячились слегка ребята из пресс-службы, решили натянуть модную ESG-повестку на новостной поток.

Но нет. Слова про «проект, соответствующий целям устойчивого развития» – это не придуманная пресс-секретарями для красного словца фраза, а независимое заключение о соответствии кредитов принципам зелёных кредитов (так называемое second party opinion).

Заключение было выдано уважаемой на мировом рынке консалтинговой структурой Sustainalytics (работает в разных частях мира, штаб-квартира в Амстердаме).

Если почитать это самое независимое заключение Sustainalytics о выдаче социальных бондов российскому банку (оно в открытом доступе), то быстро становится понятно, что именно пошло не так в их аналитике.

Те, кто давно работают в сфере устойчивого развития, знают, что социальные вопросы (в отличие, например, от тех же экологических) всегда имеют региональную или страновую специфику (country specific), а порой и зависят от культурных особенностей (culturally relevant).

Поэтому подходить к таким проектам с единой, международной меркой не следует. Формат one-size-fits-all (один_размер_на_всех) тут точно не подойдёт. Если нужен серьёзный анализ, то придётся перепроверять при помощи местных экспертов, так ли уж релевантны международные гайдлайны, если их применять конкретно вот к этой стране.

Судя по всему, тут проявилась как раз вот эта «слепота излишне широкого взгляда».

Не жаровня на обочине

Не секрет, что в мире (в том числе среди разнообразных агентств развития) очень восторженное отношение к доступу к кредитованию. Считается, что выдаваемые в долг дензнаки способны творить чудеса, вытаскивая бедняков из нищеты. Например, основателю бангладешского «банка для бедных» Грамин так и вовсе дали за это Нобелевскую премию в 2006 году.

«В среднем по больнице» (то бишь по миру) оно так и есть.

Во многих бедных странах даже с сотней заёмных долларов в кармане можно наворотить больших дел и проторить себе путь к богатству и славе. Где-нибудь там, где не слыхивали про Роспотребнадзор, а налоговики и не заглядывают в бедные кварталы, можно поставить на обочине дороги жаровню – и жаришь на ней какую-нибудь простую еду и тут же продаёшь своим согражданам.

(Понятно, что такой «бизнес на скорую руку» несёт свои риски: например, твои клиенты могут травануться твоей стряпнёй с обочины дороги и тебя потом побить – ну, тут уж как повезёт).

Кто-то окажется более старательный, кто-то более удачливый – но так или иначе хотя бы один из тысячи сорвёт банк и вырвется из бедности. Чего бы не было, если бы будущему миллионеру не дали в долг сотню долларов как стартовый капитал.

Но такие чудеса вряд ли могут случиться в России или в западных странах.

Чтобы открыть что-то стоящее, нужны десятки или сотни тысяч рублей. И тебе их не получить, пока твой бизнес-план не изучат под лупой – и это правильно.

Все деньги, которые малообеспеченные или среднеобеспеченные люди в России берут как потребительские кредиты, — это всё, как правило, идёт на текущее потребление или на выживание.

А если нет устойчивых источников дохода (или если доход может внезапно закончиться где-то прямо посреди многомесячных выплат), то это только создаёт социальные проблемы, а не решает их.

«Второе мнение» не справляется?

Я сознательно не говорю, что за банк и что за карта рассрочки.

Ругать карту рассрочки определенно не за что. Нет ничего плохого в самом банковском продукте, а уж за привлечение западного финансирования при нынешних искрящих отношениях с Западом впору давать почётную грамоту.

В карте рассрочки от серьёзного банка определённо есть и социальная значимость. Хотя бы в том, что люди, живущие от зарплаты до зарплаты, могут теперь не брать продукты в одном магазине «под запись», а смогут отовариваться в многочисленных магазинах-партнёрах программы. И занять до зарплаты или пенсии в банке в любом случае лучше, чем брать в долг у «чёрных» ростовщиков под дикие проценты или чем одалживаться у местных братков.

Банкиры явно гордятся предлагаемой «нулевой рассрочкой». Да, как водится, если кликнуть по ссылке «Тарифы» (мелкий шрифт, классика жанра) внизу веб-страницы этой банковской карты, то там хватает и других цифр кроме нулей. Но, по всей видимости, банк всё же получает свой гешефт не столько от держателей карт, сколько от магазинов-партнёров, гарантированно приводя к ним тысячи клиентов. Ну, и как говорится, слава Богу, если долговая нагрузка держателей карт тут ниже, чем обычно.

Но что точно пошло не так – так это «второе мнение», то самое независимое заключение о соответствии принципам зелёных кредитов.

По-хорошему, если стояла задача добросовестно оценить, что и как происходит с кредитованием малообеспеченных слоёв населения в России, то иностранным экспертам проще всего было связаться со своими российскими коллегами.

Если хотели сделать всё сами, то могли сделать и сами – в открытом доступе и даже на английском языке информации по этой теме в избытке. Но вместо серьёзного анализа появились лишь несколько абзацев с информацией общего плана.

Напомню, что штаб-квартира консалтингового агентства — в Нидерландах. Если бы речь шла об эмиссии банковских карт в Голландии, рискнули бы ли они присудить статус ESG-проекта и дать «зелёный свет» выплатам на сотни миллионов долларов, даже не удосужившись упомянуть в тексте, что первое лицо страны, правительство и Центробанк вообще ни разу не в восторге от идеи увеличивать кредитную нагрузку на малообеспеченных граждан?

Конечно, не решились бы.

Неудивительно, что первое впечатление от «второго мнения» — это как будто на машине времени отъехали куда-нибудь в 1992 год, когда от текста любой степени готовности, но написанного иностранным экспертом, инстинктивно брали под козырёк и бросались радостно выполнять.

Вторая проблема с заключением Sustainalytics – это то, что расплывчатые формулировки создают прецеденты. Их эксперты пишут, что «увеличение пропорции населения с адекватным доступом к кредитованию становится всё более важной задачей в России». Формулировка настолько абстрактная, что и «чёрный» ростовщик вполне сойдёт за отличника ESG-подготовки. А что если завтра и он получит миллионы долларов финансирования и шильдик соответствия ЦУР ООН?

Если так всё пойдёт, то послезавтра какие-нибудь коллекторы решат сделать ребрендинг в стиле ЦУР ООН, и газеты будут писать, что «эксперты устойчивого развития избили должника и заварили дверь ему в квартиру». А там, глядишь, и детям в школах придётся писать сочинение на тему «Старушки-процентщицы у Достоевского как ESG-амбассадоры»…

Третья проблема – это то, что находящийся за тысячи километров оценщик может просто не знать отечественных реалий. Например, в случае с вышеупомянутой картой рассрочки банк сообщил агентству Sustainalytics, что даже если платежи будут просрочены, а должник не пойдёт ни на какие компромиссы, то кредитное учреждение будет призывать нерадивого заёмщика к порядку исключительно юридическими способами – и «ни в коем случае не будет привлекать своих коллекторов» (and does not in any case engage in its own collections actions). Не исключено, что столь добрый подход был важен для статуса «социального проекта, соответствующего целям в области устойчивого развития ООН».

Участвуй в составлении «второго мнения» российское агентство, они могли бы попросить банк раскрыть информацию по ещё одному вопросу: а что с коллекторами со стороны? Не секрет, что в российских реалиях банки обычно продают просроченные кредиты сторонним коллекторским агентствам.

В общем, нельзя исключать, что такими темпами вся тема ESG довольно скоро будет настолько «оккупирована» непонятными и спорными проектами, что станет своей полной противоположностью.

Впрочем, агентство «Эксперт РА» в своём отчёте о «зелёном банкинге» уже сейчас пишет, что «в отдельных кейсах российских банков прослеживаются признаки подгонки совершенно обычных кредитов, которые не преследуют целей защиты окружающей среды и общества, под критерии ESG».

А ведь российскому «зелёному банкингу» ещё только без году неделя…

От «второго мнения» к третьему?

Как в России будут справляться со становящимся всё более очевидным ESG-перееданием, становится понятно уже сейчас.

Во-первых, ведутся работы по разработке отечественной таксономии, единой шкалы и методологии ESG-рейтингов – готовый документ по «зелёным» проектам ожидается уже этой осенью. В Минэкономразвития также рассчитывают, что к концу года «подъедет» и проект таксономии по социальным облигациям. Но что там – пока что решительно непонятно. Равно как не особо известно и кто участвует в определении, что такое хорошо и что такое плохо.

В отсутствие регуляторных мер в ход пошли меры, так сказать, прямого воздействия.

Так, руководительница Федеральной службы по надзору в сфере природопользования Светлана Радионова в конце августа на одном из форумов жёстко «прошлась» по ESG-отчётам отечественных промышленных компаний. В аудитории, где про международную нефинансовую экологическую и социальную отчетность компаний говорили исключительно нежно и ласково, холодным душем прозвучало её заявление, что «ESG-повестка в половине случаев является фейком чистым, еще в половине случаев является фейком не сильно осмысленным».

И в том выступлении, и в последующих интервью начальница надзорного ведомства настоятельно пригласила финансовые институты запрашивать и изучать данные Росприроднадзора о том, что делает и чего не делает та или иная корпорация.

Относиться к этому можно по-разному. Но нет сомнений, что если бы в заключении о том, является ли карта рассрочки передовым проектом устойчивого развития ООН, появлялась бы пара абзацев мнений экспертов Центробанка или Минэкономразвития, то содержательно текст от этого бы явно выиграл.

Автор – победитель конкурса на лучшую публикацию о КСО (2021 год)

Иллюстрация: Дарья Азолина

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: