Подписка на новости
* Поля, обязательные к заполнению
Нажимая на кнопку «Подписка на новости» Вы даёте свое согласие автономной некоммерческой организации «Центр развития филантропии ‘’Сопричастность’’» (127055, Москва, ул. Новослободская, 62, корпус 19) на обработку (сбор, хранение), в том числе автоматизированную, своих персональных данных в соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных». Указанные мною персональные данные предоставляются в целях полного доступа к функционалу сайта https://www.b-soc.ru и осуществления деятельности в соответствии с Уставом Центра развития филантропии «Сопричастность», а также в целях информирования о мероприятиях, программах и проектах, разрабатываемых и реализуемых некоммерческим негосударственным объединением «Бизнес и Общество» и Центром развития филантропии «Сопричастность». Персональные данные собираются, обрабатываются и хранятся до момента ликвидации АНО Центра развития филантропии «Сопричастность» либо до получения от Пользователя заявления об отзыве Согласия на обработку персональных данных. Заявление пользователя об отзыве согласия на обработку персональных данных направляется в письменном виде по адресу: info@b-soc.ru. С политикой обработки персональных данных ознакомлен.
Социальное предпринимательство
177
Читать: 24 мин.

Азарт борьбы и вкус победы. Что делает предпринимателя социальным?

У меня для вас хорошая новость: скорее всего, жить вы будете долго.  В 2017 году из 146,9 млн россиян каждый четвертый (37,4 млн человек) находился в возрасте старше трудоспособного. По данным демогондрафического прогноза Росстата, доля граждан старше трудоспособного возраста в России увеличится к 2025 году до 27,7% и составит 40,5 млн человек. Это глобальные тенденции: согласно подсчетам ученых, средняя продолжительность жизни с начала 90-х гг. ХХ в. выросла на 6,2 года.

А теперь у меня для вас плохая новость. Только по официальным данным, 4 млн российских пенсионеров нуждаются в постоянном уходе. Еще 2,5 млн не зарегистрированы в органах соцзащиты и не получают официальной помощи. Из них 250 000 прикованы к постели, за ними ухаживают родственники или же они пользуются услугами нелегальных платных сиделок из числа мигрантов. Многолетний уход за пожилыми людьми требует не только материальных затрат, но и потерянного здоровья их взрослых детей, их несостоявшейся личной жизни или карьеры. Невидимые миру слезы…

Как жить в пространстве несвободы?

В то же время отдать состарившихся родителей на попечение государства большинству не приходит в голову — в России это не принято. В общественном сознании еще с дореволюционных времен сложился негативный образ «богадельни», с бедными унылыми палатами на десяток человек, скудным, почти тюремным питанием, грубым обращением равнодушного персонала. В самом деле, условия в бюджетных интернатах для престарелых нередко оставляли желать лучшего.

Я несколько раз бывала в волонтерских поездках благотворительного фонда «Старость в радость». На День Победы объезжали дома-интернаты для ветеранов и отделения сестринского ухода Московской и близких к ней областей.   Мы везли  памперсы и пеленки, сладости и подарки, шерсть, чтобы «бабушки» вязали носки для детских домов, ободряющие письма и открытки от «внуков» — таких же волонтеров. А еще — груз, который нельзя пощупать руками: баян, песни военных лет и праздничное настроение. Репетировали «концерт» прямо в дороге, за неимением времени. Персонал — деревенские женщины, близкие по возрасту к подопечным — нас встречал радушно, даже скромное чаепитие как-то раз организовали с домашним вареньем. Помню в одном из домов «огород» — три грядки с клубникой, посаженной одним из «дедушек», общую любимицу — облезлую дворовую кошечку, стены с облупившейся краской, узловатые руки стариков и глаза, полные тоски…

Директор и основатель фонда Елизавета Олескина говорила, что самое страшное не то, что дети редко навещают своих родителей — ведь порой их можно понять, они покидают села и хватаются за любую работу в городах, крутятся изо всех сил. И даже не то, что человек неизбежно проигрывает войну с немощью и болезнями. А то, что он попадает в изоляцию от общества, лишается свободы, собственного «Я», личности.  Ничего своего, все становится ничьим, казенным, общественным, вплоть до пижамы и алюминиевой ложки. Только и остается, что крошечная тумбочка, где умещается лишь фотография давно умершего мужа и уехавших детей, коробка волонтерского зефира и открытка от незнакомой «внучки».

С тех пор минула дюжина лет, фонд «Старость в радость» стал флагманом некоммерческого сектора в помощи пожилым людям в интернатах для ветеранов и инвалидов.  На деньги доноров — крупных компаний подопечным теперь делают зубные протезы, приобретают слуховые аппараты, ортопедические матрасы, ходунки и трости.   Достойное качество жизни для пожилого человека или человека с ограничениями жизнедеятельности не должно зависеть от его материального и семейного положения, социального статуса, наличия в регионе благотворительной организации или волонтеров-активистов, считают в фонде. А уход за пожилыми или тяжелобольными людьми не должен исключать из социальной жизни их близких.

Поэтому фонд занимается внедрением системы долговременного ухода по всей России и выступает методологом и экспертом в совместной работе с Министерством труда и социальной защиты РФ, Минздравом, Минфином, Минэкономразвития и Агентством стратегических инициатив, региональными министерствами и НКО.   Это комплекс мероприятий, включающих уход, сопровождение, реабилитацию, социализацию, психологическую поддержку и другие виды помощи, позволяющие компенсировать ограничения, сохранить качество жизни человека, где бы он ни находился — в стационаре или на дому. Общество, хоть и очень медленно,  приходит к пониманию, что человек в конце жизни — не «дрова», не бесполезный балласт вроде мешка с песком, который выкинешь — и полетишь дальше. Это то, что ожидает в конце жизни каждого из нас. Наше реальное будущее.

К счастью, есть люди, которые опережают социальные установки общества и опрокидывают принятые в нем барьеры и стереотипы. Это, кроме руководителей благотворительных фондов, еще и социальные предприниматели, создающие компании, для которых цель — не только прибыль, но и забота об уязвимых, беспомощных, слабых. О двух таких социальных предпринимателях из Санкт-Петербурга пойдет  речь в этой статье.

В пансионат — с торшером и Муркой

Алексей Маврин, основатель сети гериатрических центров «Опека», примерно в то же самое время, что и я, навещал волонтером одиноких пожилых людей.  Он также выхватывает из памяти впечатавшуюся картинку — одинокую женщину, которая каждый день придумывала себе несуществующие болезни и звонила в «скорую». Ей просто не хватало чьей-то заботы, тепла, участия. Уже тогда он решил создать свое дело пансионат для пожилых, где они могли бы не прозябать и «доживать», а наслаждаться жизнью. А в перспективе ему хотелось изменить в стране видение старости как исключительно возраста дожития.  Поэтому создание сети гериатрических центров «Опека» (сегодня их уже 14, из них шесть в Санкт-Петербурге, три в Ленинградской области, три в Москве и по одному в Московской области и Челябинске) — продиктовано личным отношением к проблеме.

Пожилой мужчина на коляске сосредоточенно выводит нетвердой рукой пятиконечную звезду под чутким вниманием культуролога. Звезды потом вырежут, раскрасят, смастерят из них яркую гирлянду и украсят комнаты к новогодним праздникам. Все, что может сделать человек с тремором рук, — это провести неровную линию… Но и эта малость пригодится для скромного торжества, а главное, подарит человеку чуточку радости и удовольствия. Каждый  достоин того, чтобы быть  созидателем.

В пансионате «Выборгский» сети «Опека» собраны все максимально удачные способы управления доступной средой: беспороговое пространство,  поручни, в том числе приспособленные для левшей, и  зеркала на уровне людей на колясках.  Время от времени мы читаем страшные новости о пожарах в провинциальных Домах престарелых, о брошенном окурке, унесшем жизни десятков человек… Здесь такого быть не может.  Пансионат оборудован автоматической пожарной сигнализацией, в случае малейшей опасности сигнал поступает на ближайшую пожарную станцию. Есть ортопедические и противопролежневые матрасы в каждой комнате, в случае показаний от доктора, медицинские функциональные кровати и другие достижения средств для ухода и реабилитации. Кто хочет — может рисовать, лепить, читать книги, смотреть телевизор в кинозале. Новости подопечным, как правило, не включают, чтобы не нарушать ровный эмоциональный баланс. В хорошую погоду, утром и после тихого часа — прогулки. Чем не жизнь?

Размещение в комнатах зависит от пожелания клиента: если он в период адаптации ни с кем не хочет делить свое пространство, то по его желанию можно поселить его одного.  Если он общителен и ему приятно быть с кем-то по соседству, добро пожаловать в двухместную или даже трехместную комнату. В пансионате есть даже номера премиум, как в хорошем отеле: в одном из таких номеров есть отдельный телевизор, а в углу прячется маленький домик для питомца. Да, пожилому человеку разрешается взять из дома свою кошку или маленькую собачку, а уход за ними и прогулки возьмет на себя персонал. Более того, он может поставить в комнате домашнее кресло или любимый торшер — чтобы мебель напоминала о доме. Или даже нанять персональную сиделку…

Идем в столовую, где в воздухе витает аромат свежих ватрушек. Время полдника, женщины пьют клюквенный морс или йогурт и тихо переговариваются. По показаниям доктора  готовится пятиразовое питание по всему спектру диет: бессолевой, диабетической, желудочной. Меню составляет шеф-повар и диетологи. Счастливчики, которым можно все, заказывают пакет «гурманин», позволяющий питаться как дома, не соблюдая диеты.

На языке вертятся вопросы: сколько стоит такая роскошь, наверняка баснословные деньги? И разве отнюдь не богатым российским пенсионерам по карману платить за подобные услуги?

Фото автора

«Самый простой способ попасть к нам — получить индивидуальный план социального ухода, объясняет управляющий пансионата «Опека» Кирилл Юмашев. — Нуждающийся или его родственники идут в КЦСО, подают заявку, ждут своей очереди. Как только освобождается место, пожилой человек размещается у нас, затем мы собираем и подаем документы на возмещение затрат в процессе его проживания, и нам их компенсирует государство. Те, кто размещается у нас за полную стоимость, могут заезжать к нам на непродолжительное время. Не зря мы называемся пансионатом: дети помещают сюда пожилых родителей на несколько недель, на время отпуска или ремонта, как в гостиницу или в санаторий, а затем забирают их домой. Но есть и постоянные жильцы, которые в «Опеке» уже много лет. Вы спросите, сколько стоит размещение по госпрограмме? За стандартный уровень проживания  75%  оплачивается из  пенсии, остальное «Опеке» компенсирует государство. Дополнительные услуги при этом — номер премиум, массаж или сиделка — будут оплачиваться отдельно уже в частном порядке».

Конечно, если рассуждать по-коммерчески, то можно было бы помочь пенсионерке продать ее квартиру, и жила бы старушка вольготно на свои 100 000 в месяц в ВИП-номере одна, с любимой Муркой, как сыр в масле… Но социальный предприниматель все же отличается от несоциального. И поэтому «Опека» чужого жилья не касается, оно остается в семье. Тот, кто заскучает по дому, сможет в любой момент вернуться.

«Врачи меня вытащили из небытия…»

Иногда люди отправляют в «Опеку» пожилых родственников на реабилитацию и лечение. Для этого здесь создано специализированное отделение. Дойти до поликлиники, отстоять очереди к врачам не каждый из них в силах. Но здесь быстро собираются необходимые анализы, доктор составляет план лечения, обновляет рецептуру лекарств, и пациенты уезжают домой в хорошем самочувствии, снабженные препаратами, поддерживающими здоровье.

«Врачебная помощь, которую мне оказали в пансионате, выше всех похвал, — поделилась проживающая здесь Нина Борисовна. —  Я поступила сюда в ужасном состоянии после инсульта. Меня вытащили практически из небытия, теперь могу себя обслуживать, со всеми общаться, разговаривать, все понимаю и все понимают меня.  Наш психолог Сергей и доктор Людмила  Александровна говорят со мной буквально обо всем.  Правда, на моем уровне, конечно… Мне нравится, что за нами во время прогулки наблюдает сопровождающий, чтобы не случилось неприятностей.  Я так про себя и думаю — вот скоро вернусь домой из санатория… 

На первом этаже, в реабилитационном отделении, проводится интенсивная медицина. Недуги у старшего поколения известно какие — инсульты,  переломы шейки бедра, деменция, сердечно-сосудистые заболевания.  Средний возраст большинства пациентов примерно 82 года, есть и долгожители, возраст которых превысил столетний рубеж.  Чаще всего они, придя к врачу в районной поликлинике, слышат одно: «Вам уже вряд ли что поможет, смиритесь — возраст». Здесь такого не говорят никому, стараются оценивать не число прожитых лет, а реабилитационный потенциал.

«Отделение было создано год назад, сейчас мы стали брать подопечных на восстановление после тяжелых инсультов, говорит заместитель главврача по клинико-экспертной работе и заведующая отделением реабилитации и восстановительного лечения сети пансионатов «Опека» Людмила  Морозова. Видите женщину на коляске в зале ЛФК? Она поступила лежачей, с правосторонним гемипарезом после ишемического инсульта. А сейчас уже делает несколько шагов с помощью инструктора ЛФК. Двигательная активность у нее восстанавливается, динамика положительная, а главное, боевой оптимистичный настрой.  Часто  в стационарах слово инсульт звучит как приговор. Но мы доказываем, что жизнь после болезни продолжается, люди восстанавливают не только двигательную, но и когнитивную активность».

Фото «Бизнес и Общество»

Совсем недавно после перелома шейки бедра ушла из «Опеки» на своих ногах 103-летняя подопечная. Звучит как настоящая сенсация! Однако специалисты не считают этот случай каким-то особенным чудом.  Залогом успеха Людмила Морозова называет слаженную работу междисциплинарной бригады медиков, психологов, специалистов ЛФК, сиделок, культурологов, аниматоров, поваров…  А также «команды» железных помощников целого парка тренажеров, стабильных платформ, вертикализаторов, колясок. У реабилитационного центра есть медицинская лицензия и разветвленный штат с докторами практически всех специальностей. Он также сотрудничает с врачами из удаленных клиник. Все эти многочисленные специалисты должны поверить в подопечного, а он, в свою очередь, — поверить в специалистов.

Расслабьтесь — за вами наблюдает «Умная Опека»

Впрочем, в стенах пансионата «Опека-Выборский» чудо тоже есть. Это некая волшебная лаборатория, где варятся и кипят умные идеи. В 2020 году в этих колбах сварился проект видеонаблюдения за одинокими пожилыми людьми, проживающими дома. Ох уж эти извечные поводы для беспокойства: мама забыла выключить плиту или кран, оставила дома ключ, повесила над газом полотенце сушить, а оно загорелось… А главное — частые головокружения, регулярно падает и не может встать. Что делать?

В мировой практике еще недавно были популярны браслеты с тревожными кнопками. Но руководитель лаборатории «Умная Опека» Юрий Перов уверяет, что эти хитроумные гаджеты не столь эффективны. Они работают на батарейках, которые имеют свойство садиться, люди забывают их заряжать или теряют и не могут найти. Тем более что носить их неудобно, пользователи нередко их снимают.

«Теперь, благодаря нашей системе видеонаблюдения, мы определяем падение и оперативно реагируем на него, рассказывает Юрий. Мы размещаем устройства по квартире, на стенах и потолках, и если человек упал, мы сообщаем об этом родственникам или соседям, у которых хранится запасной ключ, или же вызываем спасателей. Самый дешевый тариф — 1250 в месяц, стандартный — 5 000, не такая уж и большая плата за спокойствие.  В пансионате мы также запустили пилот, чтобы обеспечить здесь высокий уровень безопасности».

Пожилые люди поначалу не очень радовались невидимому глазу «большого брата». А как же «прайвеси»? Мало ли, может, еще и личную жизнь захочется наладить. Но позднее все же оценили, стали звонить и благодарить — с ними психологически спокойнее.  Особенно совсем одиноким, к которым обычно не ходит никто.  Вдруг наведывается газовая служба, а потом женщина звонит и жалуется, что у нее что-то украли. Зоркий глаз быстро обнаружит постороннего в квартире и его действия.

«Искусственный интеллект еще несовершенен, но мы над ним работаем, говорит Юрий. Это в основном клиентская история, для рынка B2C,  но сейчас выходим на рынок B2B. Пожилые люди — наши первые «пилоты-испытатели», но есть и люди с инвалидностью, и дети, когда они остаются дома одни, и клиники и стационары. Наш сервис нужен всем. Государство пока не может запустить программу и внедрить наши технические решения. Но есть партнерские компании, с которыми мы работаем. Например, компания ИнТех, которая, кроме серверного и сетевого оборудования, создает системы видеонаблюдения и безопасности».

Социальное мышление порождает экосистему поддержки

«Опека-Выборгский» действительно больше похож на хороший санаторий или четырехзвездочный отель, чем на типичный дом престарелых из прошлого. По крайней мере он ничем не напоминает те обшарпанные подмосковные интернаты, с затхлым запахом в скученных палатах, куда я ездила волонтером с Лизой Олескиной и «Старостью в радость». Но вот что удивительно: не все пожилые петербуржцы спешат в эту райскую жизнь. «Опека-Выборгский» заполнен всего на 80%. Почему? Не хотят терять свободу даже ради пятиразового питания?

Фото «Бизнес и Общество»

«Во-первых, чтобы укомплектовать пансионат полностью, требуется два-три года, говорит Алексей Маврин. Мы строим чуть больше и опережаем самих себя в развитии, повышаем конкуренцию даже среди своих пансионатов. Если бы мы не открывали новые здания, у нас было бы 100% загрузки. Во-вторых, проблема в том, что нашему «контингенту» уже за 80. Они еще в советские времена были вполне зрелыми сложившимися людьми и тогда уже были уверены, что коротать век на казенном коште у государства  — это ужасно, безвыходно.  Если бы сначала они пришли к нам на экскурсию, я думаю, не отказались бы поселиться у нас».

Маврин считает, что пожилых людей можно разделить на три категории. Одни могут жить самостоятельно, ясно мыслят, обслуживают себя сами. Вторые временно теряют мобильность, нуждаются в реабилитации после травмы или болезни, и третьи — те, кто уже не может обойтись без постоянной паллиативной помощи. Такая помощь в нашей стране  развивается, недавно появилась и современная система реабилитации.

А вот ассистированного проживания в социальных домах, как в западных странах, у нас пока нет. Рано или поздно память человека слабеет, зрение притупляется, осваивать новые компьютерные программы и приложения ему не под силу, а жизнь подбрасывает все новые квесты — то кьюаркоды, то госуслуги… Вызвать такси, пользоваться доставкой, оплачивать счета — всему нужно учиться заново. Пенсионер однажды опускает руки и осознает, что устал барахтаться в этих непонятных реалиях. Ему по нраву расслабиться  и делать то, о чем мечтал с детства — спокойно порисовать, потанцевать, пообщаться в кругу ровесников, и главное — никуда не спешить, наслаждаясь каждым днем, растягивая удовольствие, как леденец. Наше общество загоняет человека в рамки культа молодости, как в детскую песочницу, заставляет конкурировать с более юными, гонит на изнуряющий фитнес или марафоны. Люди впрягаются в эту гонку, забывая, что, играя по правилам молодежи на ее поле, все равно рано или поздно отстанут. Пожилого человека нужно не изолировать от общества, а вписать в тот его сегмент, где он будет востребованным. И это, по мнению Маврина, идеальная модель старения.

Для тех, кто не хочет в пансионат пожизненно, организована патронажная служба, сиделки приходят домой к людям и помогают поесть, помыться, сделать уборку. Система безопасности — видеокамера «Умной Опеки» контролирует работу сиделки и состояние подопечного. В этом случае сиделка «с проживанием» нужна уже не на все 24 часа, а только на несколько часов. Затем появилась система доставки горячего питания на дом, юрист, помогающий оформить льготы от государства. А в случае ухудшения здоровья пожилого человека отправляют на реабилитацию. То есть вокруг подопечного собрана замкнутая экосистема поддержки, в которой одна услуга как бы закольцовывает другую услугу. И это существенно удешевляет их стоимость.

Такая модель социального бизнеса достаточно прибыльная.  Оборот сети «Опека» 1 млрд 200 тысяч рублей, хотя прибыль в этом году несколько меньше, чем в предыдущие годы,  — около 40 млн. Основная статья доходов (70%) — это пансионаты, 25%  — патронаж и 5% прочее, включая «Умную Опеку».

Алексей вспоминает, как через год после открытия сети компания получила два беспроцентных займа фонда региональных социальных программ «Наше будущее», 5 и 10 млн, на ремонт зданий в Петербурге и в Москве. Разделили выплаты на 60 месяцев и полностью расплатились.  Это оказалось гораздо удобнее, чем грант, хотя и сложнее. Необходимость выплатить долг держит предпринимателя в тонусе и заставляет работать еще лучше и изобретательнее, ломать шаблоны. Взращивает в нем вкус победы.

«На заре своей карьеры я встречался с крупным бизнесменом, одним из основателей сети «Шоколадница», — вспоминает Алексей. — Советовался с ним по многим вопросам. И он мне сказал — не торопись, получай кайф от работы, набирай команду. Надо заниматься тем, что нравится, и довериться самому себе. Через год я собираюсь еще пять пансионатов открыть, возможно один из них будет в Калининграде. Год назад мы выбрали на карте города-миллионники, посчитали, что в каждом городе должно быть по пансионату, получилась солидная сеть — 100 пансионатов. Могли бы открывать по 20 в год, даже не продавая франшизы. Пока мы отказываемся от франшизы, потому что, к примеру, не хотим доказывать потенциальным партнерам, что нужен психолог в пансионате. Кто-то из них нет-нет да захочет сэкономить на должности психолога, аниматора или еще на какой-то «мелочи», и сократит эту должность. Ведь не у всех мышление социального предпринимателя,  не все понимают, зачем нужен психолог в пансионате для пожилых людей. Мы решили пока за количеством не гнаться».

Честно говоря, я не совсем согласна со словами Алексея, что «песочница молодости», куда  пожилые люди горят желанием вернуться, — это так уж плохо. Думаю, что фитнес и обучение пользоваться гаджетами в быту несет куда больше пользы для мозга и тела, чем вреда… От цунами цифровых технологий не скроешься даже в самом роскошном пансионате. Поэтому единственный выход из почти нерешаемой проблемы одинокой старости я вижу в патронажном уходе и постепенном отходе от замкнутого изолированного проживания дома. И в том, что «Опека» планирует сосредоточиться на развитии таких услуг, как патронаж и видеонаблюдение, вижу отрадный знак.

Нужна ли вам розовая трость?

«Нет, глюкометров у нас сегодня нет, — голос сотрудницы звучит по телефону тепло и мягко. На следующей неделе обещали привезти, подъезжайте и возьмете. Совершенно бесплатно».

«Линия Комфорта» казалось бы, совершенно обычный магазин медтехники. Полки от пола до потолка завалены всякой всячиной. Чего здесь только нет! На самом деле, это не обычный магазин, а социальное предприятие. С 2013 года любой житель Санкт-Петербурга может прийти и оформить все необходимые ему средства реабилитации, которые ему положены от государства, и получить рекомендации по подбору. Или, если нужно, записаться на программу обучения по диабету и два раза в месяц слушать специалистов — эндокринологов, психологов, диетологов, инструкторов ЛФК, получить приборы для измерения сахара в крови — глюкометры, научиться ими пользоваться, купить тест-полоски к ним и другой расходной материал по льготным  ценам.

Постоянным партнером «Линии Комфорта» является АНОО ДПО «Центр программ и проектов в области здравоохранения», где в том числе проводится профессиональное  обучение правилам подбора средств реабилитации для сиделок и социальных работников. Этому больше нигде, кроме как в этих стенах, не учат.

Кстати, о том, что отношения между социальными предпринимателями часто можно назвать не столько конкуренцией, сколько коллаборацией, говорит такой факт. Сотрудники «Выборгского» прошли обучение именно здесь, в «Линии Комфорта». И теперь знают, куда обратиться за средством реабилитации, что именно подойдет пациенту, научат его пользоваться костылем или ходунками.

Фото автора

«Социальный бизнес отличается от обычного тем, что мы помогаем людям искать пути решения,  говорит управляющий сети социальных магазинов для пожилых людей, инвалидов и ухаживающих родственников «Линия Комфорта» Светлана Миклашевич. Вы можете пройти у нас тестирование, понять, надо вам то или иное средство или нет, получить консультацию нашего специалиста. Но  сначала вам все равно нужно пойти к врачу. Врач, если найдет необходимым, выдаст направление на медико-социальную экспертизу, где присваивается статус инвалидности и оформляется индивидуальная программа реабилитации и абилитации. А затем милости просим к нашим консультантам по индивидуальному подбору.  Мы оформляем документы, и денежные средства на  изделия, которые прописаны в индивидуальной программе, компенсируются государством».

Средств реабилитации множество, но в индивидуальной программе реабилитации, как правило, написано одно слово трость. А тростей всего 24 вида, они отличаются не по цвету, а по функциональным характеристикам. Пациент, как правило, теряется, ему поначалу трудно сделать выбор, и он не знает, какую именно выбрать трость. Многие рассуждают так: мне нравится розовая, она к сумке подходит, или ручка красивая, деревянная, куплю эту. И приобретает совершенно не подходящий ему ни по размеру, ни по росту, ни по состоянию здоровья товар. А потом ходит перекошенный, с больной ногой или позвоночником. Неправильно выбранное средство только усугубит проблему.

На самом деле средства реабилитации нужны человеку, чтобы компенсировать утраченные функции организма. Но подобрать подходящее изделие, которым человек будет пользоваться, никто не помогает. Коммерческих магазинов множество, но они быстро исчезают, выходят из бизнеса. И продавцы там просто не обучены консультировать и в лучшем случае скажут — весь товар перед вами, выбирайте. А в худшем «впарят» бесполезный товар подороже.

Тем более никто не обучает тому, как сиделке или родственнику применять то или иное средство ухода в домашних условиях и облегчить уход за пожилым человеком или человеком с инвалидностью. В скором времени «Линия Комфорта» собирается заключать договор о сотрудничестве с университетом усовершенствования врачей-экспертов  по правилам подбора средств реабилитации. А также создать комнату практики, где врачи смогут взять в руки изделия, научатся ими пользоваться и подбирать их. Ведь не всегда врачи в поликлиниках, обязанные рекомендовать изделия и направлять пациентов на медико-социальную экспертизу, обладают знаниями для этой работы.

Светлана Миклашевич. Фото автора

Все 20 лет существования девять магазинов сети «Линия Комфорта» находятся в одних и тех же местах, ни разу не сменили ни одного адреса или телефона.  Такая стабильность очень важна: в «Линию Комфорта» пенсионеры добираются из  самых отдаленных мест, узнают о ней по принципу сарафанного радио, по старинке, они не любители сухих соцсетей и вечно спешащих курьеров доставки. Лучше добраться на перекладных до любимого магазина,  пообщаться вживую с вежливой и приятной девушкой-консультантом, встретить собрата с теми же проблемами. Обычно для бесплатного получения посылают по направлению в фонд социального страхования, а потом в организации, которые с ним на контракте, по разным адресам, не всегда доступные для маломобильных граждан.  Зато магазины «Линии Комфорта» —  в максимальной доступности от метро, от крупных развязок общественного транспорта, на первом этаже, с пандусами для колясок. Развивается еще и десятый — интернет-магазин, где тоже будут услуги по индивидуальному подбору.

«У нас есть программа индивидуального подбора средств реабилитации, она сертифицирована, запатентована и в 2018 году приобретена Минздравом республики Казахстан, продолжает Светлана. Там она успешно реализуется. Ее писали специалисты в области медицины и здравоохранения, мы тоже принимали участие. В ее основе —  простые вопросы пациенту.  Чувствуете ли вы опору, можете ли спуститься с лестницы, есть ли слабость рук и т.д. По ответам вам выдается результат — какое именно техническое средство необходимо использовать. Все, что  входит в федеральный перечень ТСР, можно подобрать с помощью этой программы.  Благодаря ей мы получили статус международных экспертов ООН, но нам бы хотелось реализовать программу для наших сограждан. Ведь в Питере полмиллиона людей с инвалидностью, из которых у нас на обслуживании 7,5 тысяч».

«Для города наша деятельность недостаточно социальная»

События последних месяцев поколебали относительную стабильность «Линии Комфорта». Когда-то на этих полках можно было увидеть уникальный товар: например, специальное постельное белье из Испании — нагрудники, наматрасники, махровые простыни, которые не пропускали влагу и снижали дискомфорт от специфического «запаха лежачих».  У магазина были поставки от восьми производителей абсорбирующих изделий, огромный выбор, с которым не могла конкурировать ни одна аптека или магазин медтехники. Было и множество другого качественного импорта. Сейчас представительства закрыли, поставок нет. Приходится искать российских производителей аналогичной продукции, однако и у них стоимость тех же подгузников увеличилась в разы. Но все равно ассортимент «Линии Комфорта» продолжает оставаться самым широким и разнообразным в Санкт-Петербурге.

К социальным услугам можно приплюсовать и прокат средств реабилитации. Это очень важно для пациентов. Ведь, например, после операции на тазобедренном суставе требуются на первые две недели ходунки, затем еще на две недели костыли, еще на месяц — костыли-канадки. При самом благополучном результате операции нужно приобрести как минимум три достаточно дорогих изделия. После успешной реабилитации эти технические средства обычно пылятся в кладовке. А здесь, в «Линии Комфорта», по направлению врача можно взять напрокат любые из этих средств, которых нет ни в одном пункте проката в районных ЦСО. В этих пунктах ничего не знают о новинках рынка, не могут дать рекомендацию растерянному человеку, оказавшемуся в беде, как в вакуумной банке с захлопнутой крышкой.   А эта беда может внезапно накрыть каждого из нас или наших близких.  Откуда нам знать, что медицинская кровать для лежачего больного стоит не менее 30 000, а ортопедические подушки необходимо подбирать по размеру…

В 2021 году проект «Линия Комфорта» был поддержан в рамках софинансирования участников грантового конкурса фонда «Наше будущее». Больше никаких субсидий или поддержки от государства у него нет. Он не раз участвовал в грантовых конкурсах, но ни разу ничего не получил. Более того, он платит столь же высокую аренду за помещение, что и коммерческие магазины.

«Государственной поддержки нам очень не хватает, но каждый раз говорят, что наша деятельность недостаточно социальная, делится Светлана Миклашевич. Хотели рекламу в метро разместить, но нам по этой же причине отказали. СМИ тоже требуют немалые деньги даже за небольшую статью. Хотя трудно привести пример более социальной деятельности. Вот история. Есть у меня администратор Аня, мы взяли ее на практику из колледжа для людей с инвалидностью, и она у нас осталась работать.  Ей 25 лет, она на коляске с детства. У Ани проблемы с моторикой рук, иногда она может уронить телефон и ждать до вечера, пока не вернется с работы мама и не поднимет телефон. И вот Аня с мамой приехали в магазин, увидели ассортимент и пришли в восторг. Особенно радовались специальным захватам, помогающим поднять с пола любой предмет, от бумажки до телефона. И недоумевали: почему же за столько лет ни врачи, ни медико-социальная экспертиза не подсказали, как правильно оформить запрос, а «Линия Комфорта» подсказала и все оформила? Более того, мы помогли Ане получить новую  удобную коляску».

Путь социального предпринимателя отнюдь не усыпан розами. Почему же Светлана Миклашевич остается на «капитанском мостике» сети «Линия Комфорта» и, более того, расширяет список бесплатных услуг для пенсионеров и людей с инвалидностью? «Вот эти наши проблемы и трудности — и есть моя внутренняя мотивация, — отвечает Светлана. — Каждый день с утра я иду с удовольствием на работу, несмотря ни на что, сажусь на телефон, выбиваю нужный людям товар. И это вряд ли когда-нибудь изменится. Наверное, у меня есть азарт борьбы с обстоятельствами…».

Социальные предприниматели, не только те, о которых рассказали в статье, но и многие другие — можно сказать, настоящие герои нашего времени. Потому что, несмотря на постоянные в последние годы шторма и бури в экономике и политике, продолжают упорно и успешно вести корабль своего бизнеса и одновременно  помогать людям.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: